Аутиста из Калининграда довели до суда за репост о женщинах

Любую ситуацию, как известно, можно довести до абсурда. Сегодня это происходит с лайками и перепостами в Интернете, нередко ломающими жизни своих незадачливых авторов.

А в Калининграде собираются судить за экстремизм 27-летнего парня, который высказал в Сети крамольные мысли о женщинах. Обвинил скопом весь слабый пол в меркантильности и продажности. Что женщин интересуют только «мещанские пристрастия вроде одежды, косметики, драгоценностей и секса».

Собственно говоря, за похожие высказывания можно наказать каждого второго мужика. Или, наоборот, обиженную на кавалеров женщину, считающую, что все мужчины — сво…

В данном случае все закончилось не порицанием, а возбуждением уголовного дела, которое ни шатко ни валко тянулось два года. И вот в конце августа калининградцу предъявили обвинение по части 1 статьи 282 «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства». Теперь Артуру Смирнову грозит до пяти лет лишения свободы.

Но самое бредовое в этом деле, что парень является… аутистом, инвалидом, давно состоит на учете в психиатрической клинике и, по мнению экспертов, не осознает последствий своих действий, мыслей и высказываний.

«Аутисты не различают оттенков человеческих эмоций, не распознают подтекста многих фраз, не различают, что такое хорошо и что такое плохо. Да, их можно научить этому, объяснить, что можно и что нельзя, но для каждой новой ситуации им нужно повторять все заново. Многие из них гениальные имитаторы, но это вовсе не значит, что они действительно чувствуют то, что изображают», — объясняет мама Артура. Она уверяет, что еще аутисты не способны прогнозировать последствия своих поступков. «Вы смотрели «Человек дождя» — герой фильма аутист, иной, он совершает иногда довольно странные поступки, но никто при этом не судит его за экстремизм».

Чтобы спасти сына, женщина написала в Интернете петицию в его защиту, которую уже подписали свыше 130 тысяч человек.

Диагноз Артуру Смирнову поставили еще в четыре года. Синдром Аспергера — один из подвидов аутизма, самая легкая его форма, при которой сохраняется высокий интеллект, но нарушены социальные связи и коммуникации. То есть такой человек может быть отличным программистом, получить высшее образование, но совершенно не уметь общаться с другими людьми. Он беспомощен в социальном плане.

«Лет до десяти сын у меня даже лиц одноклассников не различал, и уж тем более не запоминал их имена, — сетует мама, Инга Викторовна. — Говорил, например: меня ударил «сиреневый мальчик» или обидела «желтая девочка». Как дети были одеты, так он их и называл».

Это сейчас к иным детям большинство относится доброжелательно и внимательно, во время детства Артура такого не было. До всего приходилось доходить самим родителям. Было тяжко, так как таблеток от расстройства не существует. «Раньше не было даже курсов, где таких особенных детишек обучали бы приемлемым правилам взаимоотношений в обществе, — вздыхает мама. — Почти все ровесники Артура с подобным диагнозом имеют похожие проблемы».

Тем не менее Артур все же пытался наладить контакт с обычными сверстниками, но те гнали от себя непохожего мальчишку, обзывались и дразнили, иногда били. «В восьмом классе сын влюбился в девочку, пытался за ней поухаживать, на 14 февраля сделал подарок. Но та посмеялась и подговорила одноклассника поучить Артура жизни, тот напал на него и сломал нос».

Возможно, именно после этого юноша начал сторониться «тян», как называл он всех девушек на молодежном сленге, а все свои переживания сублимировал в неприязненные отношения к ним в соцсетях.

Он понимал, что не такой, как все, но не знал, что нужно делать, как привлечь к себе внимание. И привлек. Следственные органы.

Несколько лет назад Артур создал в соцсети группу, назвал ее «Ненависть к женщине», всего в ней было шесть подписчиков, из которых трое — вообще «мертвые души».

Многие цитаты, высказанные им в Сети, настолько непонятны по смыслу, что невозможно даже предположить, что они могли оскорбить весь женский род по гендерному признаку.

Вот, к примеру, одна из подобных фраз. Мы не боимся ее привести в статье, потому что и сами не видим, в чем ее подсудность: «Тред уже пуст и паста старая, но хочется написать пару букв по поводу отношений и тян в частности…»

«Таких дурацких цитат в Интернете хватает. Лично мне даже непонятно, кому они могут быть интересны, — вздыхает Инга Викторовна. — Да, то, что Артур делал, копировал их на свою страничку, это нехорошо. Высказывания некрасивые и неприятные. Но ведь это не уголовное преступление. Видно, что парень выплескивает свою личную обиду в Интернет. Как за такое можно посадить в тюрьму?»

Двадцать девятого декабря 2016 года на работу к Инге Смирновой, маме Артура, пришли оперативники. Они показали ордер на обыск и попросили проехать с ними домой к Смирновым. Из квартиры изъяли всю технику, даже неработающий телефон, который использовался в качестве будильника. Смирновой объяснили, что ее сына подозревают в экстремизме из-за картинок и цитат, которые он разместил на своей личной странице.

Кто же его сдал? Ведь не просто так правоохранители шерстят весь Интернет, они работают по заявлению человека, считающего, что его чувства — верующего, темнокожего, женщины, мужчины, инвалида, ребенка, да кого угодно — оскорблены.

В данном случае речь, скорее всего, идет о конфликте молодого человека с преподавательницей Балтийского федерального университета имени Иммануила Канта, где учится Артур, кстати, на кафедре компьютерной безопасности.

«Она вела у них математику и, как мне кажется, нравилась сыну. Он начал оказывать ей знаки внимания. Ну… в силу своего состояния, вы понимаете, аутисты могут быть достаточно навязчивы, иногда они не чувствуют чужие личные границы. Наверное, он ей надоел, и на одной из лекций она рассказала всем студентам неприятную историю, в главном герое которой можно было узнать моего Артура. Он воспринял это как предательство, как личную обиду и начал писать девушке в личку, возможно, не совсем адекватные вещи. Но мой сын в силу своего состояния не желал наступления тех последствий, о которых писал. Это неправда!»

Скорее всего, по мнению мамы, именно молодая преподавательница и нажаловалась в органы на поведение доставшего ее студента. А те заодно проверили и его страницу в соцсети, обнаружив целую группу «ненависти к женщинам».

Лингвистическая экспертиза показала, что в текстах действительно «содержатся высказывания, направленные на унижение достоинства группы лиц по признакам пола (женщин)». Но в обвинительном заключении фигурирует только одно «графическое изображение с текстом», в котором женщину сравнивают с собакой.

Для того чтобы определить, насколько обвиняемый осознавал общественную опасность и преступность (по мнению следствия) своих действий, Смирнова отправили на психолого-психиатрическую экспертизу, сначала лабораторную, затем положили в психбольницу. По словам матери, во время обследования его чуть не довели до самоубийства. Дело в том, что парень уже несколько лет принимал серьезные антидепрессанты, но в условиях стационара для «чистоты картины» их отменили. «У Артура началась ломка, он чувствовал себя настолько плохо, что передал мне записку, в которой было написано, что он хочет покончить с собой», — говорит мама.

Экспертиза подтвердила, что «Смирнов А.С. Не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими». Но это отнюдь не являлось основанием для прекращения его уголовного дела.

За последние полтора года в деле сменилось четыре следователя. И все, по словам мамы, удивлялись, что тут расследовать, но поделать ничего не могли. Уговаривали парня на чистосердечное признание, но тот не хотел каяться — он искренне считает себя невиновным и не понимает, за что его собираются наказывать. Инга Смирнова очень боится, что сына отправят в СИЗО. Что с ним там будет? «Я прекрасно понимаю, что ничего хорошего его не ждет. Пока же, до суда, он под подпиской о невыезде».

Сейчас Артур находится в крайне тяжелом состоянии, у него бессонница, и ночью он нередко будит маму нервными криками: «Это все неправда, неправда!»

Как объяснить молодому человеку, что его судят не за поступки и даже не за слова, за мысли. Что в современном обществе мысли тоже могут быть опасны для своего носителя.

Как всем нам разучиться в одночасье думать, чтобы не оказаться за решеткой…

Лилия МИХАЙЛОВА, психиатр:

— Синдром Аспергера — одна из самых легких форм аутизма, и если молодой человек не был до этого лишен дееспособности, то не исключено, что по чисто формальным основаниям его могут осудить. Да, согласно результатам психиатрической экспертизы, он мог не осознавать последствий своего поведения, но это, к сожалению, не освобождает его от уголовной ответственности.

Хотя в каждом конкретном случае нужно подходить к случившемуся индивидуально. В нашем государстве инвалидам живется тяжело, но слава богу, что мы пусть медленно, но движемся в том направлении, чтобы обеспечить им социализацию.

Да, особенность этого синдрома такова, что его обладатели подчас не могут осознавать последствий своих поступков, они не отличают проявления дружбы от ненависти. Если родители давно знали о диагнозе, по моему мнению, они должны были заранее подстраховаться в юридическом плане.

Мы, психиатры, всегда предупреждаем об этом родственников: однажды такими людьми может быть совершена непоправимая ошибка, за которую им придется отвечать, хотя чаще всего это не преступление. Их вполне можно научить, что нельзя убивать, грабить, мошенничать, но основы нравственного поведения для большинства аутистов — терра инкогнита.

Американские специалисты считают, что примерно каждый сотый человек в мире имеет признаки расстройств аутичного спектра и обезопасить таких «людей дождя» не только от других, но и от самих себя — вот задача современного общества.

Источник

Загрузка...