Погода в Москве:

08 апр 15:10 Новости / Культура

В Музыкальном театре зрители пустились в пляс, а артисты — в стриптиз

Сеансом массового стриптиза, а потом еще и танцами со зрителями закончилась на сцене Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко премьерная программа, составленная из трех одноактных балетов. Кроме возобновленного балета Дмитрия Брянцева «Призрачный бал» публике были представлены совершенно новые для этого театра сочинения двух востребованных во всеем мире хореографов: «Одинокий Джоржд» Марко Гёкке, а также балет «Минус 16» Охада Нахарина.



В Музыкальном театре зрители пустились в пляс, а артисты — в стриптиз

Начнем с балета, который стал главной сенсацией вечера, а кроме того, самой провокативной его частью. Балет «Минус 16» начинается задолго до окончания перерыва. Сначала перед опущенным занавесом, а после того как он был поднят — и на открытом пространстве сцены, под танцевальную музыку 50-х, срывая восторженные аплодисменты и крики «браво», в стиле гага импровизирует танцовщик Максим Севагин. Затем под «Хава нагилу» свет гаснет, занавес закрывается, а когда открывается вновь, у стульев полукругом стоят 19 танцовщиков в черных котелках, черных костюмах и в белых рубашках — типичное одеяние ортодоксального еврея…



Из досье «МК»: Руководитель культовой израильской компании современного танца Batsheva Dance Company Охад Нахарин имеет «русские» корни. Внук выходцев из России родился в кибуце Мизра и рос в семье преподавательницы танца и актера. Уйдя из нью-йоркской труппы Марты Грэхем, куда Нахарин был приглашен самой основательницей знаменитой компании, хореограф в качестве танцовщика недолго работал в «Балете XX века» Мориса Бежара. Причем Бежар лично отсматривал забракованного было на кастинге танцовщика и лично зачислил его в свой коллектив. Из знаменитого бежаровского «Болеро» Нахарин и позаимствовал идею своего скандального балета «Минус 16»… Да и вообще, все те тенденции, с которыми хореограф сталкивался в течение своей карьеры (а кроме Бежара и Марты Грэхем работал он еще и в Нидерландском театре танца), сплавились у него в собственный язык движений, получивший причудливое наименование «гага».



«Минус 16» — балет далеко не новый. Московская публика под разными названиями и в разных модификациях видела его неоднократно в исполнении иностранных гастролеров. В том числе и в исполнении труппы самого Нахарина Batsheva Dance Company. И такой интерес к этому произведению не случаен.



Балет вызвал даже нешуточные волнения в израильском кнессете, и его не единожды требовали запретить депутаты-хасиды, предъявляя обвинение в осквернении святынь. Ведь в начальном эпизоде из этого балета под песню пасхального седера с припевом «Один Бог на земле и на небе» происходит массовое освобождение артистов от одежды. Сначала в воздух летят еврейские котелки, а потом и другие предметы одеяния ортодоксального иудея: черные пиджаки, потом башмаки, затем рубашки, а дальше и брюки…



Сидящие на стульях полукругом, совсем как в бежаровском «Болеро», 19 танцовщиков «Стасика» в конвульсивных движениях (всплеск руками, взмах ногами, изгиб корпусом назад, удар кулаком в живот), сползая со стульев, а потом вновь на них вскакивая, осуществляют массовый стриптиз, скидывая с себя всю одежду, пока не остаются в одном нижнем белье.



Причем заняты здесь и премьеры труппы: так весьма интересно было наблюдать, насколько отвязно в «Минус 16» смотрится образцовый классический премьер «Стасика» Иван Михалев. В самом конце представления он даже попытался перейти на нижний брейк! В балете Нахарина используются в основном массовые танцы, но имеется тут и дуэт на музыку Вивальди. Под пение контртенора его отлично исполнили Евгениий Жуков и Дина Левин.



Ударный эпизод спектакля: 17 танцоров спускаются в зал и вытаскивают зрителей на сцену, устраивая с ними сеанс массовой же (в этом спектакле все делается массово) хореографической импровизации. Зрители и артисты танцуют друг с другом, да так, что некоторые добровольцы из публики не хотят уходить со сцены, а из зрительного зала неожиданно раздается женский выкрик: «Мы завидуем вам!». Гага действительно совершает чудеса. В каком еще балете простому зрителю доведется станцевать вместе с балетным премьером и другими артистами на академической сцене?




В Музыкальном театре зрители пустились в пляс, а артисты — в стриптиз



Просто сказать, что публика была в полном восторге, — не сказать ничего! Ощущения совершенно улетные! Прав Бежар, утверждавший: «Зрители немного нам завидуют — им хотелось бы и самим быть танцовщиками, но настанет день, когда танцевать будут все». Судя по премьере в «Стасике» этот день уже близок. Хотя, справедливости ради, следует сказать, что некоторые во время танца со зрителями в знак протеста зал все же демонстративно покидали.



Для того чтобы свободно танцевать этот балет, нужно вначале обучиться системе гага, изобретенной Нахарином. Гага — это особый способ познания себя через понимание собственного тела. Он учит слушать тело, чувствовать свои мысли и настроения, наконец, что особенно важно, позволяет двигаться с полной свободой и в гармонии с самим собой. При этом хореограф совершенно отказывается от необходимых любому танцовщику в классе зеркал. Такому способу раскрепощения, выбирая балет «Минус 16», и решил обучить свою труппу ее худрук Лоран Илер, а заодно раскрепостить и излишне зажатую московскую публику.



Два месяца артисты осваивали заковыристый стиль и станцевали «Минус 16» едва ли не лучше артистов самой «Батшевы», с которыми Нахарин гастролировал в Москве на Чеховском фестивале 5 лет назад. Во всяком случае, такого энтузиазма в зале и ликования публики на гастролях «Батшевы» точно не было. Так что «Стасику» эксперимент определенно удался.



Другой хореограф программы — Марко Гёкке, тоже сделал сенсацию в Москве, только этой осенью. На фестивале Дианы Вишневой Context в его хореографии показали балет «Нижинский», в котором Гёкке не только ухитрился рассказать о гениальном танцовщике на своем собственном оригинальном языке, но поведать о жизни Нижинского с шокирующей откровенностью. Этот балет даже сравнивали с балетом «Нуреев» в Большом театре.



На этот раз хореограф вдохновился темой из жизни пресмыкающихся. В своем балете он рассказал историю черепахи по имени Джордж, которая была последним представителем гигантских Абигдонских слоновых черепах. Рептилию прозвали «самым знаменитым холостяком в мире». Он умер на Галапагосских островах в возрасте 100 лет в абсолютном одиночестве.



Об одиночестве и этот балет. Хореограф говорит в нем, конечно, не о черепахах, а о людях. «Одиночество — наша основная человеческая трагедия, и ее можно осознать и прожить в выразительном танце. Я чувствую, что тело — это тюрьма: неспособность выйти из наших тел — та отправная точка, с которой начинается отчаяние в моих движениях», — говорит о своем спектакле Гёкке.



Это отчаяние и надо показать движением, точнее, трепыханием рук. Ведь так же, как и Нахарин, Гёкке изобретатель своего собственного языка, который не спутаешь ни с каким другим. Здесь почти нет высоких подъемов ног и больших прыжков. Гёкке вообще интересна только верхняя часть тела. Ноги в его системе совсем не важны. Главное тут корпус, а также четкая и быстрая работа рук. Весь балет в основном и построен на таких движениях: очень ломаных, маленьких и компактных.



И вот тут танцовщиков «Стасика» поджидало фиаско. Почти никто из 11 человек, занятых в балете, этой системой в совершенстве овладеть не смог. Движение рук и корпуса в их исполнении не отражали ни одиночества, ни музыки Шостаковича, на которую поставлен этот балет. Лишь только в нескольких соло танцовщики Джошуа Трия, Георги Смилевски, Денис Дмитриев (в другом составе помимо Дмитриева это Евгений Жуков и Георги Смилевски-младший) смогли уловить трагизм и накал музыки композитора, найти нужные акценты в движениях. В остальном все было похоже на самодеятельность, и если б я не видел, как можно работать в этой системе под музыку Шопена и Дебюсси на балете «Нижинский», я бы подумал, что это просто такая плохая хореография…



Конечно, систему движений, разработанную Гёкке, так с наскока не одолеешь. Тем не менее у артистов все же есть хороший стимул освоить эту технику. Да и присутствие этого балета в репертуаре театра весьма полезно.




В Музыкальном театре зрители пустились в пляс, а артисты — в стриптиз



Но вот где театр был в своей стихии — так это в балете «Призрачный бал». Балет, за который Брянцев, кстати, первый из хореографов у нас в стране, получил «Золотую маску», идет в театре аж с 1995 года. И если б убитый в Праге 14 лет назад многолетний балетный худрук театра, кроме этого балета, ничего не поставил, он бы и тогда остался в истории. Это бесспорная вершина его творчества. Ни в каких других своих сочинениях так ярко не обнажился талант этого балетмейстера.



Создав фактически удачную кальку со шлягера Джерома Роббинса «В ночи» (этот балет также имеется в репертуаре театра), Брянцев ни в чем Роббинсу не только не проиграл, но создал абсолютно конгениальное творение. Увидев этот балет, нынешний худрук театра Лоран Илер оценил его по достоинству и сразу понял, что он «обязательно должен вернуться в репертуар театра».




В Музыкальном театре зрители пустились в пляс, а артисты — в стриптиз



Правда, не все артисты в нем смогли повторить достижения своих предшественников, таких замечательных танцовщиков, как Людмила Шипулина, Виктор Дик, Сергей Орехов, Герман Шалтырев, Наталья Ледовская и Владимир Кириллов. Так, например, Шипулина и Дик были намного тоньше, трагичнее, органичнее нынешних исполнителей второго дуэта, к сожалению, лишь механически повторивших порядок движений. Артист Дмитрий Соболевский всем своим видом показывал, как сложно в этом дуэте делать (действительно трудные) поддержки. Так что ни о вдохновении, ни об образе в его исполнении речи не шло.



Зато Ксения Шевцова и Георгий Смилевски, Денис Дмитриев и Эрика Микиртичева проявили замечательное мастерство, уловили стиль, создали выразительный, тончайший, почти прозрачный, акварельный рисунок своих партий. Особо выделим дуэт Оксаны Кардаш и Ивана Михалева, который смело можно назвать пластическим шедевром. В их танце было все — чувственность, меланхоличность, тончайшая грация. Исполнители сумели передать гармонические изыски этой хореографии, ее воздушность, изобилие полутонов и напоминали в своем поэтичнейшем танце роденовских влюбленных.


Получайте короткую вечернюю рассылку лучшего в «МК» - подпишитесь на наш Telegram.

Комментировать новость

Источник
Просмотров 27
Похожие новости
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Добавить комментарий
    • PIN: ----
    Группа Facebook