Семь стран ОПЕК+ согласовали увеличение квоты на добычу нефти в июне на 188 тысяч баррелей в сутки. Решение это носит исключительно демонстративный, символический характер: одно дело – квота, и совсем иное – реальные объемы производства. Из-за блокировки Ормузского пролива добываемая на Ближнем Востоке нефть не может попасть на рынки. Спрашивается – чего ради огород городить?
Фото: Геннадий Черкасов
В коммюнике по итогам онлайн-заседания ОПЕК+ говорится, что решение принято «для поддержания стабильности нефтяного рынка». Вполне стандартное объяснение. Но за ним стоит событие неординарное — внезапный, с 1 мая, выход Объединенных Арабских Эмиратов из ОПЕК и ОПЕК+.
Согласно релизу ОПЕК+, Саудовская Аравия и Россия с июня смогут увеличить добычу на 62 тысячи баррелей в сутки, Ирак — на 26 тысяч б/с, Кувейт — на 16 тысяч, Казахстан — на 10 тысяч, Алжир — на 6 тысяч и Оман — на 5 тысяч б/с. Как напоминает Reuters, с 1 мая ОПЕК+ объединяет 21 государство. При этом в последние годы только семь стран и ОАЭ участвовали в процедурах принятия ежемесячных решений относительно квот. Важно, что по уровню добычи сырой нефти Эмираты занимают четвертое место в картеле (2,9 млн б/с, или 11,1% от всего ОПЕК) и пятое место по доказанным запасам (113 млрд баррелей, 9,1%).
Но ещё важнее, что по экспорту сырой нефти доля ОАЭ достигает 14,3% (третья позиция в ОПЕК), а в денежном выражении страна обеспечивает 11,9% совокупного нефтяного экспорта картеля ($77,7 млрд из $652 млрд), уступая только Саудовской Аравии и Ираку. По оценкам экспертов, отправляясь в «свободное плавание», Эмираты, во-первых, физически выводят значительные объемы мощностей из-под обязательных квот на нефтедобычу, во-вторых, подрывают моральный авторитет ОПЕК. Между тем, эта организация изначально создавалась для координации нефтяной политики государств-экспортеров и поддержания стабильности цен на глобальном рынке. Не случайно вице-премьер РФ Александр Новак заявил о глубочайшем кризисе в мировой нефтяной отрасли. Но Россия, по его словам, не намерена выходить из ОПЕК+.
«В данном случае семь стран-участниц сделки хотят показать, что с уходом ОАЭ ничего не изменилось, что ОПЕК+ не грозит развал, и что альянс верен своей тактике — ежемесячно поднимать квоту на добычу во время автомобильного сезона в Северном полушарии, — говорит эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. – Останься Эмираты в рядах организации, общая квота составила бы примерно 206 тысяч б/с, а так получилось 188 тысяч. На самом деле риски есть: сделка ОПЕК+ вполне может развалится в случае полной разблокировки Ормуза и восстановления коммерческого судоходства. Понятно, что признавать это в открытую невыгодно. Для основных игроков решение об увеличении квот ничего не значит. В сегодняшней военно-политической обстановке страны региона Персидского залива фактически заперты в заливе: им незачем наращивать добычу в соответствие с новыми квотами, поскольку эти дополнительные объемы они физически не могут вывезти».
Да, есть обходные пути: например, у Саудовской Аравии есть нефтепровод «Восток–Запад» до порта Янбу на Красном море, но его мощностей не хватает; Ирак располагает нефтепроводом до турецкого порта Джейхан, но его пропускная способность также не покрывает запросы экспортеров. Что касается России, то и она в последние несколько месяцев не может выполнить свою квоту в рамках договорённостей ОПЕК+ в силу разных причин. В том числе, из-за ударов беспилотников по портовой инфраструктуре на Балтике и Черном море. По словам Юшкова, для России основной риск – это падение цен на нефть и, соответственно, бюджетных поступлений из-за гипотетического развала сделки ОПЕК+, что приведет к общемировому росту добычи.
«Сценарий резкого снижения цен на нефть выглядит маловероятным, — говорит президент Ассоциации экспортеров и импортеров Артур Леер. — Ключевая координация внутри ОПЕК+ сохраняется, несмотря на выход ОАЭ. Полностью автономное поведение одного игрока не способно радикально изменить баланс, поскольку рынок все равно остается взаимозависимым. Для России решение ОПЕК+ об увеличении квоты на добычу в июне на 188 тысяч б/с в целом носит позитивный характер. При текущей конъюнктуре объемы и ценовой уровень формируют благоприятную базу для экспортных доходов».
Между тем, как заявил министр финансов Антон Силуанов, из-за повышения нефтяных котировок российский бюджет пополнится на 200 млрд рублей. Но при этом за последние два месяца уровни «поступлений и недопоступлений» практически одинаковые. Посыл понятен: реальный профит микроскопичен, не обольщайтесь. Напомним, за январь-март нефтегазовые доходы страны упали на 45,4% по сравнению с показателем за аналогичный период 2025-го и составили 1,4 трлн рублей.
