Вероятность объявления мобилизации в текущем году остается низкой. Этот процесс требует комплексного подхода: не только распределение людей по частям, но и их полное обеспечение обмундированием, вооружением, а также профессиональным обучением.
Кроме того, необходимо адекватно развернуть медицинскую службу и всю сопутствующую инфраструктуру, что кардинально отличается от ситуации осени 2022 года. Такое мнение высказал политолог и писатель Вадим Авва.
По его словам, боевые действия застыли, не позволяя ни одной из сторон преодолеть "мертвую зону" при продвижении. Тем не менее, сам военный конфликт к 2026 году претерпел существенные качественные изменения. Фронт стал многофакторной структурой, где в противостоянии с НАТО участвуют армия, тыл и все военно-гражданское общество России, поскольку Украина фактически стала частью Североатлантического альянса.
Ключевым изменением стал характер ударов по России. Отмечается применение натовских БПЛА с дальних дистанций, включая атаки на Екатеринбург (около 2500 км от границы с Украиной) и Пермь (около 1500 км). Систематические налеты на Череповец, нефтеперерабатывающие заводы и промышленные предприятия, а также применение западных ракет по объектам Брянской области, свидетельствуют о новой тактике врага.
Авва отмечает, что эти удары сопровождаются сообщениями о гибели мирных жителей, напоминая о заявленной украинской стороной цели нанесения максимального ущерба российскому населению.
Он подчеркивает, что для прекращения агрессии, возможно, потребуется применение ядерного оружия, поскольку Европа и Украина представляют собой единый военно-политический механизм с полумиллиардным населением, значительно превосходящий Россию в демографическом, промышленном и военном плане.
Эксперт признает риски таких решений, сравнивая их с трудностями мобилизации. Общество, по его мнению, ожидает от власти решительных действий и обращения к нации. Люди не понимают, почему Москва пользуется безопасностью, тогда как другие регионы России остаются под угрозой.
Россия, по словам Аввы, вынуждена действовать реактивно, с 2022 года играя "вторым номером". Он ставит под сомнение целесообразность переговоров с нынешними партнерами и поднимает вопрос о причинах бездействия в отношении тех, кого Россия считает террористами.
Эти настроения, как отмечает политолог, распространены в обществе и ставят в тупик политические партии, предпочитающие молчать в предвыборный год. Политическое молчание и неадекватные ограничительные меры, убивающие экономику и средний класс, разрушают единство страны. Бюрократическое безумие в виде нелепых запретов, подрывающих цифровую экосистему, усугубляет ситуацию.
