Ощущать себя сырьевым придатком, согласитесь, не очень-то приятно. Типа, все, что нужно от страны, — это сырье и материалы. Но дело, конечно, не только в ощущениях. Быть страной — сырьевым придатком — это еще и экономически невыгодно, потому что продукция переработки, продукция с высокой добавленной стоимостью продается гораздо дороже, нежели сырье. Значит, в таком случае страна и ее население быстрее богатеют. Тот же, кто продает сырье, получает за него относительно меньше.
Можно еще приводить аргументы в пользу того, что сырьевая экономика — это не есть хорошо. Но вряд ли стоит это делать. Согласились: быть сырьевым придатком плохо. Однако имеет значение еще и то, чьим сырьевым придатком быть. Одно дело, когда мы говорим о высокоразвитых странах. Тут все понятно: пока мы их не догнали, можно и поработать бензоколонкой, реализуя стратегию догоняющего развития. Совсем другое дело, когда мы говорим, к примеру, о Китае — стране развивающейся, стране, которая относительно недавно была и вовсе одной из беднейших стран на планете. Быть сырьевым придатком такой страны — это значит работать на то, чтобы, по сути, такая же, как и мы, развивающаяся страна развивалась еще быстрее по сравнению с нами.
Кто-то в ответ, вероятно, спросит: ну а какие основания для беспокойства? Ведь Китай по-прежнему технологически зависит от нас, а покупаем мы у него только ширпотреб. Уверены? Так, конечно, и было еще пару десятилетий назад, но сегодня ситуация уже принципиально иная. Этот вывод следует из анализа нашей таможенной статистики, характеризующей то, как обстоят дела России в торговле с КНР.
Ранее: Влияние потеряно, пришлось подчиниться: Позор во время встречи Путина и Си — решение уже принято
