Взлеты и падения комсомольского секретаря Пастухова: Примаков восхищался, Лигачев ненавидел

0 0

«Когда умер Сталин, — рассказывал Борис Пастухов, — я был комсоргом группы своего курса Московского высшего технического училища им. Н.Э.Баумана и водил свою группу прощаться со Сталиным. Нас чуть не задавили. Мы проскочили Трубную площадь раньше того, как там началась давка. Солдаты перегородили бульвар автомобилями и грузовиками. Мы лезли в кузова грузовиков, они били нас ремнями, нам было больно, мы плакали, они плакали… Мы так и не прошли в Колонный зал. Я вернулся домой, где мать, под впечатлением от гибели людей на Трубной площади, была несусветно рада, что я остался жив».

Общественный темперамент не раз создавал ему трудности и мешал карьере, но Борис Николаевич Пастухов, поражающий кипучей энергией и известный трогательной заботой о друзьях, остался верен своим представлениям о жизни.

Олег Табаков, искренне благодарный вождю комсомола за помощь в создании «Табакерки» (московского театра под руководством Табакова), сказал: «Борис Пастухов — это человек со светлой головой и совестью».

«Такова участь честного человека»

Борис Пастухов получил диплом инженера-механика и тут же был избран секретарем Бауманского райкома. Через несколько лет возглавил столичный комсомол. Его приметил и оценил первый секретарь Московского горкома партии Николай Егорычев, молодой и мужественный человек, который в 60-е годы успешно руководил столицей.

Егорычев ушел добровольцем на фронт, сражался на передовой, был дважды ранен. С орденом на груди вернулся в Бауманское училище, закончил учебу, и его сразу взяли на партийную работу. В 1962 году возглавил столичный горком. 8 мая 1967 года стараниями Егорычева на Могиле Неизвестного Солдата в Москве зажгли Вечный огонь.

— Мне очень повезло, — скажет потом Пастухов. — Я встретил человека, на которого всегда хотел быть похожим. Он был для меня как отец, мой-то батюшка погиб в 45-м…

Егорычеву прочили большое будущее, считали, что он вот-вот будет избран секретарем ЦК, войдет в Политбюро. Но он был слишком самостоятелен, критиковал то, что считал неверным, отстаивал свою точку зрения — словом, был неудобен. И лишился высокой должности.

— Судьба распорядилась так, что я все время шел за ним, — вспоминал Пастухов. — Он вернулся из Дании — через одного человека я поехал послом в Данию. Потом был Кабул. Потом — Торгово-промышленная палата. Но я никогда не забуду: когда меня фактически шибанули с очень высокого государственного поста, Егорычев ждал меня. Обнял. Он всегда был со мной рядом, благословлял. Он служил — Отечеству, людям. И люди это видели, хотя он делал это не демонстративно, не напоказ. И они его звали: «Иди впереди нас». И он шел — шел смело. Плохо кончил. Но… Такова участь честного человека.

Борис Пастухов почти тридцать лет проработал в комсомоле. Очень быстро стал вторым секретарем Цекамола. «Первым был Павлов, — вспоминал писатель Альберт Лиханов, в ту пору инструктор ЦК ВЛКСМ, — а Пастухов отвечал, почитай, за все».

Он оставался вторым и при Тяжельникове.

Пастухов должен был возглавить комсомол раньше. Но что-то мешало. Возможно, отсутствие склонности к саморекламе, возможно, внутренняя порядочность — качество, обыкновенно смущающее кадровиков. В 1977 году он стал первым секретарем ЦК ВЛКСМ.

Люди Андропова всегда рядом

А через пять лет его вызвал только что ставший генсеком Юрий Андропов, недавний председатель КГБ, и Пастухов понимал, что речь пойдет о новой работе. Новый хозяин страны менял кадры и в своей неспешной манере решил судьбу комсомольского секретаря:

— Я считаю, что вам не нужно сразу идти на партийную работу. Сделайте прокладку. Вот некоторые ваши предшественники… их судьба показывает: не надо сразу идти на партийную работу.

Пастухов понимал, о ком идет речь: Андропов убрал из партийного аппарата прежнего комсомольского вождя — Тяжельникова. Слова генсека означали, что неудачный опыт учли и должность подобрали невысокую. Так и оказалось: председатель Госкомитета по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. Пастухов и виду не показал, поблагодарил за доверие:

— Я очень люблю книги.

Андропов не принял и его предложение относительно нового первого секретаря ЦК ВЛКСМ. Пастухов назвал Людмилу Шевцову. Андропов предпочел Виктора Мишина, продемонстрировав знание обстановки в аппарате ЦК:

— У вас с Мишиным плохие отношения…

«Конечно, я знал, что везде и всюду были представители прежней организации Андропова, — вспоминал Пастухов. — У нас, например, его представитель сидел неподалеку от кабинета первого секретаря, поэтому я не сомневался, что все, о чем говорю, Юрию Владимировичу известно. В этом разговоре ему, видимо, хотелось узнать, как я себя поведу, но мне нечего было скрывать».

Когда Пастухов ушел, его недавние подчиненные, «группа ответственных сотрудников ЦК ВЛКСМ», уловив нерасположение к нему высокого начальства, поспешили отправить на него большой донос…

Возглавив издательское дело, Пастухов столкнулся с цензурой. В аппаратном мире он был своим человеком, но каждая хорошая книга давалась с трудом — и Бориса Пастернака, и Леонида Леонова. «Никакой крамолы там не было! — поражался Пастухов. — А приходилось «пробивать». И в Главлите, и в отделе культуры ЦК партии». Наверное, целеустремленность председателя Госкомиздата раздражала чиновников.

— Возникли сложности с учебниками к началу учебного года, — рассказывал Борис Николаевич. — Попросили использовать полиграфическую базу ЦК КПСС — получили отрицательный ответ. Мы вышли после секретариата ЦК, и мне кто-то из моих старых друзей сказал: «Имей в виду, следующего вопроса не будет…»

Ссылка в Данию

В январе 1986 года Пастухов сидел у себя в кабинете. Звонит первая «вертушка» — АТС-1, аппарат правительственной связи, которая полагалась высшему эшелону власти. Вторую «вертушку» чиновники переключали на секретаря. Трубку первой по аппаратным правилам полагалось снимать самим.

Заведующий отделом ЦК КПСС по работе с заграничными кадрами и выездам за границу Степан Червоненко спросил:

— Вы не могли бы завтра прибыть ко мне в десять часов?

— А по какому поводу?

— Вопрос на месте.

Пастухов все понял.

Разговор в кабинете Червоненко был самый наилюбезный:

— Госкомиздат ведет активную международную работу. Центральный комитет считает, что вас надо перевести на дипломатическую работу.

— За что? — прямо спросил Пастухов. — Ко мне есть претензии?

— Претензий нет. Но надо ехать послом.

— Куда?

— Мы в Центральном комитете считаем, что в Данию.

И заведующий отделом ЦК стал увлеченно рассказывать об огромном значении этой маленькой европейской страны.

— Приду вечером домой — моя дочь-комсомолка спросит: почему в Данию? — огорченно сказал Пастухов. — Ну, пошлите меня в Афганистан, в Никарагуа, чтобы я дочери своей, друзьям что-то объяснил…

— Нет, — твердо ответил старший по загранкадрам, — Дания.

Пастухова невзлюбил главный кадровик страны — член Политбюро и секретарь ЦК Егор Лигачев. Запомнил, что когда-то руководитель комсомола не удовлетворил его просьбу открыть в Томске филиал издательства «Молодая гвардия»…

Рядом с Примаковым

Дания, уютная и комфортная, превратилась в место ссылки. Пастухов мог бы сидеть там до пенсии. Но времена изменились. В 1989 году его отправили послом в Афганистан. Когда он вернулся в Москву в 1992 году, СССР уже не было. Пастухова принял Президент России Ельцин и назначил заместителем министра иностранных дел.

— Борис Пастухов является еще и представителем президента по Абхазии, — говорил мне тогдашний министр Андрей Козырев. — Ничего, кроме восхищения, я не могу выразить, видя его работу. Он постоянно ездит туда, где стреляют, где льется кровь…

В феврале 1996 года министерство возглавил Евгений Примаков. Пастухов стал первым заместителем министра, а через два года возглавил Министерство по делам СНГ. Он последовал за Примаковым, когда Евгений Максимович вступил в политическую борьбу. На небольшой дружеской вечеринке — там был и Пастухов — я видел, как друзья и соратники совершенно искренне провозглашали тосты:

— За Евгения Максимовича — надежду России!

Примаков возглавил предвыборный блок «Отечество — вся Россия». Однако результаты думского голосования оказались разочаровывающими. Примаков принял на себя обязанности лидера сравнительно небольшой фракции. Пастухов был избран депутатом, возглавил в 2000 году Комитет Думы по делам СНГ. И осенью 2003 года ушел из политики вместе с Примаковым, который возглавил Торгово-промышленную палату. Его первым заместителем стал Пастухов:

— Евгений Максимович, конечно же, герой моего романа.

Уроки Егорычева и дружба с Примаковым многое значили для Пастухова, но явно не пошли на пользу карьере.

Источник

Загрузка...

    This website uses cookies to improve your experience. We'll assume you're ok with this, but you can opt-out if you wish. Accept Read More