На состоявшемся недавно совещании по экономическим вопросам с членами правительства президент РФ Владимир Путин потребовал объяснений, почему показатели в экономике оказались ниже прогнозов. ВВП сократился на 1,8% за январь — февраль, напомнил глава государства. Он призвал продумать шаги по возвращению экономики на траекторию сбалансированного роста. Какие факторы привели к снижению ВВП России и как отразятся на нём взлетевшие из-за ближневосточного конфликта цены на нефть, «365NEWS» выяснил у завкафедры мировых финансовых рынков и финтеха РЭУ им. Плеханова Светланы Фруминой.
Фото: Геннадий Черкасов
тестовый баннер под заглавное изображение
«Игнорировать падение ВВП нельзя»
—Президент отметил, что реальные показатели экономики оказались ниже ожиданий не только экспертов, но и правительства, и ЦБ РФ. Насколько вообще можно доверять макроэкономическим прогнозам сегодня?
— Доверять макроэкономическим моделям по-прежнему нужно, но только как инструментам для оценки наиболее вероятного сценария и диапазона рисков, а не как безоговорочному факту. Сегодня, на мой взгляд, главная причина расхождений прогнозов с реальностью — это не ошибка математики, а ослабление прежних закономерностей в условиях структурных изменений. Даже хорошая модель неизбежно дает сбой, когда экономика меняет траекторию, а решения бизнеса, государства и внешних контрагентов становятся менее предсказуемыми. Поэтому макропрогнозы не утрачивают смысл, однако требуют осторожной интерпретации. Их следует читать, как вероятностную оценку, а не как обещание точно сбывающегося будущего.
— Что стоит за цифрой сокращения ВВП на «минус» 1,8% за два месяца? Для простых людей это абстрактная статистика. Как ощущается это снижение в реальной жизни?
— Речь идет о том, что в январе-феврале 2026 года общий выпуск товаров и услуг в экономике оказался ниже, чем годом ранее. А президент отдельно отметил, что в минус ушли обрабатывающие отрасли, промышленное производство в целом и строительство.
В реальной жизни это проявляется через ослабление спроса на труд, замедление роста зарплат и т.д. Кроме того, когда экономика охлаждается, люди чаще откладывают крупные покупки, реже берут кредиты, осторожнее тратятся на ремонт, мебель, технику, платные услуги, отдых и образование.
Показатель иллюстрирует, что экономика перестала расти с прежней скоростью. Такая динамика может повлиять на бытовые последствия, поэтому игнорировать падение ВВП нельзя.
— Владимир Путин отдельно выделил спад в строительстве — отрасли, которая тянет за собой десятки других сегментов. О чем он говорит: бизнес перестает верить в завтрашний день или у людей просто не хватает денег на новые квартиры?
— Нынешнее охлаждение строительства во многом является результатом решений, принятых ранее. Когда массовая льготная ипотека была свернута, рынок лишился прежнего источника стимулирования спроса, а в условиях высоких рыночных ставок кредиты на недвижимость для части покупателей стали труднодоступными. Банк России отмечал, что после снижения спроса на жилье и более медленного наполнения счетов эскроу застройщики стали действовать осторожнее с запуском новых проектов, и в 2025-2026 годах в основном сосредотачиваются на достройке уже начатых объектов.
— В качестве одной из причин замедления экономики в России назывались «сезонные факторы»: в январе и феврале 2026 года было меньше рабочих дней. Насколько существенно календарь может влиять на экономику целой страны? Не становится ли это удобным объяснением для более глубоких структурных проблем?
— Календарные, погодные, так называемые сезонные факторы, которые повлияли на ВВП, могут быть объяснением для короткого периода. Но они не отменяют структурных проблем, если за ними стоят более слабый спрос, дорогой кредит, замедление строительства и инвестиций. Другими словами, календарный фактор способен объяснить лишь часть краткосрочного проседания.
— Госдолг России приближается к 20% ВВП. Это опасно? Стоит ли обычному человеку волноваться из-за этих цифр?
— Сам по себе рост госдолга России до уровня около 20% ВВП не выглядит опасным. И Минфин России прямо подчеркивает, что на трехлетнем горизонте уровень государственного долга планируется удерживать ниже 20% ВВП, что является допустимым для российской экономики.
Сегодня государственный долг в отдельных развитых странах доходит до 100%, а в США зашкаливает за 120%. Поэтому значение ниже 20% — гораздо меньше среднемирового.
Государственный долг становится угрозой тогда, когда совпадают несколько неблагоприятных условий: если его обслуживание дорогое, если значительная его часть зависит от внешних кредиторов или валютных колебаний, и если экономика при этом растет слишком медленно.
В нормальной ситуации государственный долг — это обычный инструмент развития и сглаживания шоков. Им пользуются почти все страны для финансирования дефицита бюджета и антикризисных мер.
Таким образом, при уровне долга около 20% ВВП поводов для беспокойства нет. Гораздо важнее смотреть не на саму цифру долга, а на то, как государство его обслуживает: за счет каких доходов, под какие ставки, в какой валюте и не вытесняет ли обслуживание долга другие приоритетные расходы. Официальная позиция российских властей состоит в том, что наш долг остается одним из самых низких в мире и сохраняется в безопасных пределах.
«Дорогая нефть – это краткосрочная выгода»
— Цены на российскую нефть марки Urals показали заметный рост в апреле — выше $100 за баррель. Что это значит для России и для кошельков простых граждан?
— Высокая цена на нефть сейчас действительно облегчает положение, прежде всего, бюджета и сырьевого сектора, но не означает автоматического укрепления благосостояния граждан. Дорогая нефть дает государству пространство для маневра и расширяет возможности бюджета. Если дополнительные нефтегазовые доходы уходят на закрытие дефицита, и другие неотложные нужды, а экономика при этом остается под давлением высоких ставок и слабых инвестиций, связь между дорогой нефтью и доходами граждан крайне слабая.
Также высокая цена на нефть вовсе не гарантирует снижение потребительских цен, особенно если экономика одновременно живет при санкционных ограничениях и нестабильной логистике. Необходимо учитывать, что сама нефть подорожала не в здоровой мировой конъюнктуре, а на фоне конфликта на Ближнем востоке и разрыва привычных ценовых ориентиров. Для России это краткосрочная выгода, возникшая в среде высокой глобальной неопределенности.
— Эксперты утверждают, что «единой цены на российскую нефть не существует». Можете объяснить, как формируется реальная стоимость нашего экспорта сегодня и куда уходит разница между цифрами на графике и реальными доходами бюджета?
— Россия продает не один абстрактный баррель, а множество разных партий нефти, в разных портах, с разной логистикой, разным качеством и разными рисками для покупателя.
На графике обычно представлен мировой ориентир Brent или усредненная котировка российского сорта Urals. Но в реальности экспорт идет по множеству контрактов, и цена зависит от того, куда едет нефть, кто ее покупает, сколько стоит фрахт, какова цена страхования, какие действуют санкционные риски и насколько срочно покупателю нужен груз. Разница между «ценой на графике» и реальными доходами бюджета появляется потому, что бюджет получает не всю экспортную выручку, а только её часть в виде налогов.
— Как изменения в политике США и других крупных игроков влияют на экономику в России сейчас, после стольких санкций, которые должны были бы уже «отгородить» нашу страну от внешнего воздействия?
— Изменения в американской политике и у других крупных участников влияют на повседневную экономику в России не напрямую, а через несколько очень приземленных каналов: цену нефти, стоимость импорта, доступность логистики, санкционные ограничения и общую волатильность мировых рынков. Самый быстрый канал влияния — это нефть. Если политические решения дестабилизируют мировой энергетический рынок, это почти сразу отражается на российских экспортных доходах, бюджете и рубле. Именно такая ситуация произошла весной 2026 года. На фоне конфликта в Ормузском проливе и скачка цен на энергоносители МВФ даже повысил прогноз роста ВВП России на 2026 год до 1,1%, объяснив это более высокими ценами на энергоресурсы.
— В своем выступлении на совещании с правительством президент подчеркнул, что не только сезонность определяет деловую активность или её снижение. Один из важных вопросов — вложения в развитие. Почему бизнес не инвестирует, учитывая, что у предприятий большой объем депозитов на счетах в банках?
— Экономика в целом работает в режиме неравномерной загрузки, когда часть отраслей и компаний остается устойчивой, а часть сталкивается со слабым спросом и высокой себестоимостью. В этих условиях, даже если у организаций и есть остатки на депозитах, часто это форма ожидания и страховки.
Нехватку кадров я бы сегодня исключила из главных аргументов, сдерживающих запуск новых проектов. Дефицит рабочей силы остается в ряде отраслей, однако по экономике в целом напряженность на рынке труда ослабевает. Более того, по поручению президента РФ обеспечивается изменение структуры занятости в пользу отраслей с более эффективными рабочими местами, где формируется высокая добавленная стоимость.
