Нефтяной рынок переживает напряжённый период из-за ормузского кризиса, но пока удаётся избегать разрушения спроса.
Об этом в авторской колонке для «Суверенной экономики» написал главный директор по энергетическому направлению Института энергетики и финансов Алексей Громов. По его оценке, потребители ещё не начали жёсткую экономию, хотя цены уже растут; исключение — авиакеросин.
Ключевой фактор кризиса — снижение добычи в странах Персидского залива более чем на 10 млн баррелей в сутки, преимущественно экспортной нефти. Рынок балансирует за счёт нескольких резервов:
- Стратегические запасы: МЭА высвободило 400 млн баррелей, всего у членов организации — 1,2 млрд. Китай накопил 1,3 млрд баррелей (данные непубличны). Запасы теоретически покрывают блокаду пролива на 6 месяцев, но выводят их постепенно из-за логистики.
- Альтернативные маршруты: трубопроводы Саудовской Аравии и ОАЭ загружены полностью. Иракско-турецкий нефтепровод Джейхан наращивает прокачку до 500 тыс. барр./сутки в мае (вдвое выше нормы), с перспективой 1 млн барр./сутки.
- Дополнительные поставки: США и Канада увеличили экспорт на 500 тыс. барр./сутки в апреле, в мае ожидается 1 млн. Плюс нефть из Западной Африки, Бразилии и танкерные остатки.
Эксперт предупреждает, что половина упавших 10 млн барр./сутки некомпенсируема. При затяжной блокаде сначала пострадает Азия (локальные дефициты), Европа затронута меньше из-за меньшей зависимости от залива.
Физический дефицит возможен с лета 2026 года, что резко подтолкнёт котировки вверх. Запас прочности рынка на исходе — без открытия пролива последствия неизбежны.
Громов подчёркивает, что пока угроза гипотетическая, но балансировка не бесконечна. Для России как экспортёра это сигнал усилить диверсификацию маршрутов и мониторинг цен.
