Известная артистка и общественная деятельница Виктория Цыганова выразила свое категорическое несогласие с решением Государственной Думы, которая в первом чтении одобрила инициативу, неофициально называемую «законом Чубайса».
Данный законопроект, по сути, узаконивает текущее владение всей собственностью, которая была изъята из государственной казны в ходе приватизационных процессов 1990-х годов.
«Суть проста: через 10 лет после выбытия имущества из госсобственности любые иски о его возврате будут автоматически отклоняться. То есть всё, что было "уведено" в лихие 90-е, окончательно закрепляется за нынешними владельцами», — подчеркнула она.
Закон, согласно официальной трактовке, призван «служить гарантией защиты частной собственности для предпринимательских кругов». Однако, как утверждает Цыганова, этот акт представляет собой лишь юридическую ширму, легитимизирующую крупнейшую в истории страны кампанию по рейдерским захватам. В результате этой кампании предприятия, рудники, нефтяные активы и финансовые учреждения, являвшиеся общенародным достоянием, были распроданы практически даром.
Она подчеркнула, что даже в депутатском корпусе царит раскол мнений по данному вопросу.
«Даже депутаты шокированы такой наглостью. Вот как прокомментировал закон Николай Коломейцев из КПРФ:“Спасибо за просвещение в части истории. Но мы много другого знаем — мы знаем про неозвученный доклад Степашина по итогам приватизации. Мы знаем истории с залоговыми аукционами. И самое главное — мы знаем, что несколько бывших министров госимущества и вице-премьеров, непосредственно управлявших разорением России, уехали, а сегодня вывезенные средства используются (в условиях конфликта с Западом) против России. Как с этим быть? Складывается впечатление, что вы именно этих жуликов, которые убежали, хотите увести от ответственности хотя бы заочно”».
Цыганова выражает скептицизм относительно заявлений официальных лиц о том, что новый закон не будет затрагивать дела, связанные с коррупцией.
«Но верится с трудом… Сегодня приватизацию объявят “законной”, а завтра придумают схему: проворовался, отсиделся за границей 10 лет — и вернулся “чистеньким”».
Если проанализировать ситуацию глубже, становится очевидно: принятые меры не только окончательно решают вопрос о возвращении национальных богатств, но и разрушают моральные основы государственности.
Когда масштабные противоправные действия, как в девяностые, получают законное одобрение спустя много лет, это служит для общества убедительным доказательством того, что добытое нечестным путем вряд ли когда-либо будет возвращено.
Подобные действия выглядят не как защита прав собственности, а скорее как обеспечение безопасности тех, кто присвоил это богатство во время постсоветского хаоса, когда население, ошеломленное распадом страны и утратой привычного уклада, боролось за выживание.
В связи с этим возникает болезненный вопрос: если даже сейчас, в атмосфере сложной экономической и геополитической обстановки, Россия избегает пересмотра итогов приватизации, то когда же наступит время восстановления справедливости?
Неужели эта справедливость уже никому не нужна? Создается впечатление, что узкая группа лиц заинтересована исключительно в сохранении стабильности и гарантий безопасности для тех, кто обеспечил себе благополучие в смутные девяностые, обогатившись за счет других, пишут Аргументы Недели.
