Есть ли переохлаждение российской экономики? Этот вопрос стал дискуссионным сегодня — даже остро дискуссионным, причем на самом высшем уровне. Министры, финансисты, ученые, экономисты спорят наперебой: переохладилась российская экономика или нет.
Фото: Алексей Меринов
Банк России утверждает, что оснований говорить о переохлаждении российской экономики нет. Во всяком случае, такая позиция отражена в резюме Банка России к последнему решению по ключевой ставке. Как известно, в июне ЦБ снизил ее на половину процентных пункта — до 14,25%. Банк России упрекают, что он недостаточно снизил ключевую ставку, потому что есть переохлаждение российской экономики. А ЦБ говорит, что переохлаждения нет, аргументируя это тем, что безработица остается на низких уровнях, а реальные доходы населения растут. Какое же тут переохлаждение? — задается вопросом руководство Центробанка.
Другая позиция состоит в том, что переохлаждение есть, а потому надо гораздо более значительно снижать ключевую ставку. Здесь своя аргументация: падение инвестиционной активности, дорогие кредиты и прочие неприятности, ставшие следствием высокой ключевой ставки.
Давайте попытаемся разобраться, кто прав в этом споре, действительно ли есть переохлаждение российской экономики или нет. Остается не очень понятным, а почему, когда высказывают аргументы по той или иной позиции, не говорят о главном — о том, какие темпы российской экономики сейчас и какая была динамика за последнее время. Ну а как еще судить, переохладилась она или нет? Можно судить, конечно, и по тому же показателю безработицы, о котором уже упоминалось выше, но главное — это все-таки показатели экономического роста или падения.
Вообще экономика такая штука, о которой надо говорить в цифрах: они гораздо более содержательны и показательны, чем слова. А цифры такие: по итогам прошлого года ВВП страны вырос, по данным Росстата, на 1%, и это было почти в 5 раз меньше, чем в 2024 году (4,9%). В 2026 году замедление российской экономики продолжилось: по итогам I квартала 2026 года ВВП снизился на 0,2%. А по итогам пяти месяцев, за январь–май, по оценке Минэкономразвития, хотя и есть прирост, но уж больно он небольшой — всего лишь 0,2%. В любом случае то, что мы видим в I полугодии 2026 года, — это заметно хуже, чем было в 2025-м, который тоже был, мягко говоря, не слишком удачным.
Не очень хорошими с этой точки зрения вышли и последние данные по промышленному производству: в мае 2026 года — минус 0,7% в годовом выражении. Базовые виды экономической деятельности, куда кроме промышленности входят строительство, торговля, транспорт и сельское хозяйство, по итогам января–мая 2026 года тоже в минусе — пускай и на символические 0,1%. Но это все же минус! А если обобщить: российская экономика сегодня демонстрирует, как свидетельствует официальная статистика, околонулевые темпы роста.
Если сравнивать все эти фактические результаты с официальными прогнозными планами, то и здесь картина не самая оптимистичная. Так, вступала российская экономика в 2026 год с прогнозом, что будет рост на 1,3%. Однако уже в мае 2026 года этот прогноз Минэкономразвития пересмотрело. Теперь это 0,4% прироста по ВВП. И каково может быть мнение, не переохладилась ли российская экономика, когда смотришь на эти цифры?..
Известно, что применительно к человеческому организму тоже употребляется термин «переохлаждение» — называется это состояние гипотермией, и оно очень опасное. Организм теряет тепло быстрее, чем успевает его вырабатывать. Температура тела падает, причем о переохлаждении говорят уже тогда, когда она снижается до 35 градусов. Да, это начальная, легкая стадия переохлаждения, а есть еще и средняя, и тяжелая… Но я не о стадиях, а о том, как судят, есть переохлаждение или нет. А судят по тому, какова температура тела человека. Если 35 градусов и ниже — значит, переохлаждение есть. Да, судить о переохлаждении можно и по другим признакам — дрожи в теле, бледности, ознобу, «гусиной коже», но главный критерий — это все-таки температура тела. А у нас применительно к экономике получается, что мы говорим о чем угодно, но только не о «температуре», в качестве которой выступают показатели динамики ВВП. Объективные показатели российской экономики говорят о том, что переохлаждение есть, и оно явное.
Но, может быть, это всего лишь спор о терминах, и не стоит «копья ломать»? Почему, на самом деле, важно признавать переохлаждение в экономике? Да потому, что если власти успокаивают себя мыслью, что ничего подобного нет, то и проблемы-то, получается, никакой решать не надо. А вот когда признаётся, что переохлаждение есть, — тогда, конечно, надо анализировать, выявлять причины, почему такое получается, и в этом случае придется признать, что сложился целый ряд факторов, из-за чего такое произошло. Это и высокая налоговая нагрузка, и неопределенность экономической ситуации, и жесткая денежно-кредитная политика, и усиление госрегулирования в экономике… Тогда эти проблемы надо решать.
Кстати, если бы Центробанк признал, что переохлаждение есть, и попытался бы назвать все факторы, почему это произошло, то его аргументация в защиту высокой ключевой ставки стала бы гораздо более убедительной.
Переохлаждение, если вновь вернемся к человеческому организму, возникает еще и потому, что могут быть факторы риска — употребление алкоголя, например. Как известно, спиртное расширяет сосуды, создавая обманчивое тепло, и отдача тепла организмом усиливается. Если говорить об экономике, то в результате бюджетного импульса огромные деньги в предыдущие годы были закачаны в реальный сектор. Экономика за счет этого показывала хорошие темпы роста. Но этот импульс не может долго продолжаться — на то он и импульс. То есть эти огромные деньги сыграли роль того самого алкоголя, и в экономике появилось своего рода обманчивое тепло — будто бы все в ней нормально.
Но дальше возникает вопрос: что делать при переохлаждении? Если опять вернуться к организму человека, то, как рекомендует МЧС, надо постараться как можно быстрее завести пострадавшего в теплое помещение. В экономике это означало бы, что надо побыстрее создать бизнесу более комфортные условия: не повышать, а понижать налоговую нагрузку, по возможности делать так, чтобы неопределенность экономической ситуации не росла. Надо не усиливать госрегулирование в экономике, а наоборот, снижать его. Понятно, что не все тут можно сделать «по щелчку», но если предсказуемость принимаемых решений будет выше, то от этого только все выиграют.
Предлагаю все-таки нашим денежным властям признать, что экономика уже переохладилась, так как балансирует между ростом и падением. И причина этого отнюдь не только в высокой ключевой ставке (даже не столько в ключевой ставке). Судить о том, переохладилась экономика или нет, необходимо по фактическим показателям экономического роста, а они, увы, резко снизились как по сравнению с недавним прошлым, так и по сравнению с прогнозами, пересматривать которые в худшую сторону стали регулярно.
Не нравится слово «переохлаждение»? Боюсь, что термин «стагфляция» будет еще менее благозвучным, а ведь основания для именно такой характеристики российской экономики, когда одновременно наблюдаются и стагнация, и повышенная инфляция, уже имеются.
