Риск ради контента в соцсетях — тревожный тренд, который приводит к трагедиям. За короткое время, двое любителей селфи на краю пропасти сорвались со скалы, в стремлении сделать фото в движении, погибла пара на мотоцикле. В Москве молодая женщина разгуливала нагишом ради просмотров и монетизации канала. Как психологические особенности «альф» и зуммеров способствуют безрассудному поведению, как цифровая среда растормаживает и преуменьшает реальную опасность и что с этим делать — в материале «365NEWS».
© Anas Alkharboutli/ dpa/Global Look Press
Прогулка голышом. Намедни экс-участница телепроекта Анастасия Брагина гуляла голой по Москве, снимая это на видео. Она объяснила поступок желанием «избавиться от общественных рамок» и «попросить у Вселенной» 21 миллион рублей.
Смертельное селфи на скале. В начале июля уже не столь юная 45-летняя туристка сорвалась со скалы на реке Чусовая в Пермском крае при попытке сделать эффектную фотографию. Она встала на край 50-метрового обрыва, сорвалась и упала в воду. Ее 46-летняя подруга попыталась помочь, также упала и получила травмы. Примерно в те же даты, в Сочи погиб турист, также сорвавшись с возвышенности. Ради эффектного кадра, он решил обойти ограждение смотровой площадки «Белая скала» и сорвался вниз.
Гибель во время съемки для соцсетей. В мае в Москве погибла модель и фотограф Ксения Добромилова , когда ее сбил мотоцикл во время фотосессии на дороге. Последний кадр был сделан всего за секунду до столкновения, так что за гибелью девушки можно было наблюдать, практически, «в прямом эфире».
Что движет этими, как правило, молодыми людьми? Среди ключевых причин такого поведения, психологи выделяют несколько факторов.
Для подростков (и некоторых взрослых тоже) характерно отсутствие критического мышления. У юных это можно объяснить тем, что еще не до конца развита префронтальная кора мозга, отвечающая за планирование и оценку последствий. На фоне гормональных изменений, тинейнджерами движут сильные эмоции и желание быть принятыми в группе сверстников. Опасный челлендж — быстрый способ доказать свою «крутизну» и не стать аутсайдером.
Для молодых людей до 25 лет важна потребность в самоутверждении. У юношей сильна потребность проявить силу и мужественность, но не очень много возможностей для этого. У девушек превалирует желание самовыразиться и показать себя миру. Общее для них — отсутствие жизненного опыта, навыков анализа и, как следствие, притупленный инстинкт самосохранения.
Эгоцентризм и погоня за «лайками» характерны для сэлферов всех возрастов, но определенного психотипа. Главное для них — желание показать «интересную и захватывающую жизнь», нарциссизм и своеобразная зависимость от внимания в соцсетях.
Систематизируя опыт разных стран, борьба с горе-блогерами ведется на двух фронтах: системном (государственном) и личном (воспитательном). В РФ эта тема вошла в комплексный план развития на 2026–2030 годы. Там есть, создание «кибердружин и медиапатрулей»: объединений студентов и школьников, отслеживающих в интернете опасный контент (челленджи, призывы к насилию). Беседы в школах и вузах об ответственности, укреплению гражданской идентичности и др.
Но, конечно, главная профилактика ведется личном (родительском) уровне. Разговаривайте с детьми об опасностях такого необдуманного риска лучше с 5 лет. Использовать практику «диалог вместо запретов»: важно объяснить риски и последствия, но не запугивать, не кричать. К это работе можно привлечь авторитетного взрослого (родственник, тренер). Смещение фокуса интересов с зависания в соцсетях на спорт, творчество, волонтерство.
Есть страны, которые дозрели до более жестких мер и запретов. Например, Австралия первой в мире полностью запретила соцсети для детей до 16 лет. В Испании, США, Индонезии власти периодически закрывают доступ к природным и историческим объектам, страдающим от «селфи-туризма». На райские Балеарские острова, например, власти перестали привлекать блогеров, ввели частичный запрет на фото- и видеосъемку.
Другим направлением работы считается обучение молодежи критическому мышлению. Под флагом ЮНЕСКО, запускаются программы медиаграмотности для детей, родителей и педагогов. Но здесь подходы разнятся. Если в Великобритании работают на опережение и «исправление», сотрудничая с потенциально «рискованными» людьми через систему наставников, во Франции кардинально другой подход. Там придерживаются принципа «право на разные взгляды» (пока это не преступление). Вмешательства для «исправления» применяют только к осужденным, но мониторят потенциально опасный контингент.
В Италии существует проект «Школьные диалоги», где сами подростки обсуждают риски опасных селфи и треш-стримингу, сами предлагают решения властям. Похожие инициативы есть в Африке и на Ближнем Востоке, где через местные радио и школы учат противостоять опасному контенту и влияниям.
Общая тенденция такова, чтобы обязать цифровые платформы стать «безопасными по умолчанию» для детей и подростков. Но для реализации такой задачи, нужна продуманная система маркировки, проверок и штрафов для нарушителей, существенные изменения в законодательстве.
