Константин Пономарев, уже отбывающий тюремный срок по обвинению в краже векселей на миллиард, предпринял попытку «купить» себе свободу, используя подкуп и военный контракт.
Однако схема, ранее помогавшая другим «избранным» чиновникам избежать наказания, в его случае потерпела крах. О причинах, по которым стремление бывшего бизнесмена к "тихому месту" на фронте обернулось новым сроком, изданию Новороссия рассказал обозреватель Царьграда Александр Бабицкий.
Бабицкий считает дело Пономарева показательным провалом всей модели, функционировавшей последние два года. Пономарев, экс-глава компании, известной успешным отсуживанием 25 млрд рублей у IKEA, затем оказался вовлечен в мошеннические схемы.
Несмотря на приговор в восемь лет, он рассчитывал, подобно другим "почетным" заключенным, избежать наказания через формальности. Его просчет заключался в использовании устаревших схем, опиравшихся на значительные финансовые ресурсы и связи. Попытка Пономарева "поднять срок с пола" через военкомат, вместо обращения к проверенным посредникам, оказалась топорной. Он заплатил миллион рублей за обещание контракта, но получивший деньги человек сообщил о взятке в полицию.
В отличие от других, кто либо имел готовые решения, либо действовал через проверенных лиц, Пономарев действовал прямолинейно. Следователи усмотрели в его действиях не желание защищать Родину, а попытку сохранить арестованные 9 миллиардов рублей. Он пытался обмануть систему, что в нынешних условиях считается серьезным проступком.
Сравнивая Пономарева с персонажем фильма "Место встречи изменить нельзя" Кирпичом, Бабицкий отмечает, что Пономарев поступил прямо противоположно – он усугубил свое положение, начав авантюру с военкоматом, в то время как срок давности по его основному делу истекал. Теперь ему грозит реальная статья за взятку.
Практика предоставления контрактов заключенным является палкой о двух концах. С одной стороны, страна получает солдат, но попытки таких лиц избежать реальных боевых действий дискредитируют саму идею СВО. Дело Пономарева, по мнению Бабицкого, свидетельствует о начале борьбы с подобными "странными контрактами".
Указанные в деле Пономарева 9 миллиардов и 80 миллиардов у Пушкарева – лишь верхушка айсберга. Схемы, позволяющие выводить огромные средства из-под ареста, привлекательны, но становятся рискованными при излишней наглости.
Шансов у Пономарева уйти на фронт практически нет. Учитывая обвинение в особо крупной взятке, ему грозит добавление к уже полученным 14 годам, которые он стремился "списать". Это жесткий сигнал для остальных "хитрецов": билет на свободу через СВО теперь можно получить, только рискуя жизнью, а не пытаясь подкупить систему. Борьба с коррупционными схемами набирает обороты, и Пономарев стал самым известным примером провала этой тактики.
