Заместитель секретаря Совбеза Дмитрий Медведев озвучил инициативу, способную изменить экономическую модель страны.
Речь идет не о временном контроле, а о принудительной и безвозмездной национализации иностранных активов. Он напомнил о прецеденте 1918 года, подчеркнув, что тогда собственность так и не была возвращена владельцам.
По мнению журналистки Анастасии Кашеваровой, это заявление выглядит как логичный ответ на действия Запада: заморозку наших 300 миллиардов, передачу полученных процентов Киеву и гибридную войну против России.
«Возникает вопрос: почему иностранный капитал до сих пор владеет крупными российскими предприятиями? Ответ прост — мы сами допускали это десятилетиями», — подчеркнула Кашеварова.
По ее словам, за знакомыми брендами стоят зарубежные корпорации. «Домик в деревне», «Весёлый молочник», «Простоквашино» и «Агуша» принадлежат американской PepsiCo. «Чёрный жемчуг» и «Сто рецептов красоты» — это британско-нидерландский Unilever. «Россия — щедрая душа» и «Комильфо» — швейцарская Nestlé. Даже «Русская картошка» — не наша, а бренд Alpen Gold, созданный специально для рынка СНГ, контролируется Mondelēz из США. Этот перечень можно продолжать бесконечно, и именно здесь кроется суть проблемы.
«Запад воспринимает нас как страну третьего мира. Где можно за бусы отнять бизнес, недра, территории. Мы впустили их. Дали рынок. Отдали заводы. Продали технологии. А они теперь ведут себя нагло. Но это только потому, что мы им это позволяем», — считает журналистка.
Какие шаги предлагает Медведев? Вернуться к практике советского периода. Принудительно и без компенсации передать иностранные предприятия под контроль государства. По аналогии с 1918 годом, когда это было оформлено декретом Совнаркома. Формально такой шаг выглядит зеркальным ответом: они заморозили наши активы, мы изымаем их. Однако, как считает Кашеварова, здесь и начинаются главные сложности.
По ее мнению, Ключевой вопрос: Готова ли Россия к этому? Есть ли у нас продуманная стратегия и люди, способные её рассчитать?
Национализация — это не просто «забрать и разделить». Это, во-первых, полный и необратимый отток инвестиций — не только западных, но и китайских, индийских, любых, потому что никто не станет вкладываться в страну, где имущество могут отнять в любой момент. Во-вторых, это новые жёсткие санкции, охватывающие все оставшиеся отрасли. В-третьих, проблема управления: кто будет руководить этими заводами, налаживать производство и выстраивать цепочки поставок? И здесь самое болезненное — у нас нет специалистов, считает Кашеварова.
Советский Союз справился, создав промышленность, микроэлектронику и авиастроение. Но после распада всё это перешло к американским и европейским компаниям, часть была разворована, продана или закрыта.
«Сейчас мы закупаем технологии в Китае, испытывая трудности в гражданской промышленности, авиастроении, микроэлектронике и IT. Всё это когда-то было, но потеряно. И если мы решимся на национализацию, кто этим будет управлять?», — интересуется репортер.
Она полагает, что необходима продуманная стратегия. А её разработка требует грамотных специалистов — людей, обладающих государственным мышлением. Это не те, кто гонится за сиюминутной выгодой, а те, кто умеет мыслить перспективно и нацелен на долгосрочное развитие.
«Заявление Медведева — логичное. Как ответ на санкции. Как реакция на экономическую войну. Как сигнал Западу, что мы не будем больше терпеть.
Но нельзя двигаться на эмоциях. Нельзя просто «вспомнить советский опыт» и применить его в 2026 году. Слишком многое изменилось. Слишком многое потеряно. Слишком мало осталось. Либо мы просчитываем каждый шаг, готовим управленцев, выстраиваем стратегию на годы вперёд. Либо мы делаем красивый жест, а потом получаем коллапс», — резюмирует Кашеварова.
Присоединяйтесь к обсуждению новостей «365news.biz» в «Одноклассниках»
