Объем государственного долга России увеличился на 21% и достиг 35,1 триллиона рублей по итогам 2025 года. Об этом сообщается в докладе Счетной палаты РФ об исполнении федерального бюджета за минувший год. Цифры впечатляющие: и динамика роста, и сама сумма. В некоторой степени они напоминают знакомую всем нам статистику по банковской задолженности населения, которая также увеличивается. Государство занимает у населения, а население у государства. Круговорот долгов в природе.
Фото: Лилия Шарловская
тестовый баннер под заглавное изображение
По большому счету, наличие государственного долга и его масштабы мало о чем говорят. Если в России госдолг находится на уровне ниже 20% ВВП, то, например, в Японии этот показатель превышает уровень ВВП в 1,5 раза. В Италии и Греции он около одного ВВП. А чтобы стать членом Евросоюза, нужно, чтобы госдолг страны-кандидата не превышал 60% ВВП.
Словом, государственному долгу России многие страны мира, в том числе развитые, могут позавидовать. Он традиционно состоит из двух частей: внутреннего и внешнего. Они в минувшем году показывали разнонаправленную динамику. Внутренний долг вырос на 29,1% — до 30,7 триллиона рублей. А внешний наоборот сократился до 4,5 триллиона в рублевом эквиваленте.
Есть ли какие-то риски для экономики страны в растущем государственном долге? И каким образом накапливаются внутренние, которые в минувшем году взлетели почти на 30%?
— Внутренний долг сегодня, по сути, главный источник для балансировки дефицита бюджета, — поясняет главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев. — Государство выпускает ценные бумаги с достаточно высокой доходностью, под определенные сроки и проценты. И продает их на рынке. А покупателями являются бизнес: корпорации, промышленные компании, частные инвесторы.
В отличие от внешнего долга, который значительно сократился, что, безусловно, хорошо для нашей экономики, внутренний долг государства все последние годы растет. Если еще не так давно он составлял менее 10% ВВП, то, по трехлетнему бюджету, к 2028 году может составить 19%.
— Это много? Когда мы можем переступить «красную линию»?
— По разным оценкам, безопасным для России считается уровень 20% от ВВП. Это граница, переходить которую нежелательно. Каким образом получается безопасный уровень? В бюджете учитывается объем средств, которые необходимо платить по процентам, когда выпущенные и проданные ценные бумаги предъявляются к погашению. Сейчас мы находимся на уровне 17-18%, но, как я сказал, внутренний долг продолжает нарастать.
— Мне кажется, что это совсем не страшно для нашей страны. Ведь в случае неких форс-мажорных обстоятельств мы можем его и не выплачивать? Бизнес поймет правительство…
— Ни в коем случае! Нельзя так снисходительно относиться к внутреннему долгу! Вспомним август 1998 года, дефолт… Когда рухнул курс рубля, люди побежали в банки снимать свои деньги. Это прежде всего невыполнение обязательств перед внутренними инвесторами. Их нужно выполнять, иначе наступает дефолт.
Но пока мы далеки от 1998 года, признаков риска нет. Хотя уже вплотную приблизились к уровню, который считается безопасным и отлично знаем, к чему это может привести если внутренний долг будет увеличиваться, а государство не сможет его обслуживать.
— Но каким образом мы можем это делать при дефицитном бюджете?
— Повторяю, признаков опасности нет. Это ситуация, за которой нужно следить и своевременно принимать решения. У нас по-прежнему остается широкая возможность занимать деньги у бизнеса. В частности, из этих денег мы погашаем проценты по ранее проданным ценным бумагам. Важным фактором сегодня выступает благоприятная внешнеэкономическая конъюнктура, высокие цены на нефть. Поступающие дополнительные доходы мы можем использовать при балансировке дефицита бюджета, значит, нам не придется прибегать к внутреннему заимствованию. Есть еще один резерв — снижение ключевой ставки ЦБ. Ведь доходность по гособлигациям увеличивается вслед за высокой ключевой ставкой. Чем она ниже, тем на более выгодных условиях государство занимает деньги.
