На фоне новостей о мирном соглашении между США и Ираном цены на нефть начали снижаться. Утром в понедельник, 25 мая, цены августовского фьючерса марки Brent упали на 5% — до 94,4 доллара за баррель, впервые после 21 апреля. А стоимость июльского фьючерса на WTI снизилась на 5,73% — до 91,06 доллара.
Фото: Геннадий Черкасов
По сообщениям ведущих мировых изданий, стороны «почти» договорились не перекрывать Ормузский пролив, по которому идет около 30% поставок нефти.
Финальное соглашение пока находится в стадии разработки и может быть завершено в ближайшие дни. Пока, правда, отдельных деталей никто не знает, а иранские СМИ вообще опровергают совершение этой сделки. Как говорится, вилами по воде писано.
Меморандум предполагает продление перемирия на 60 дней. Но долгожданный свет в конце тоннеля, по мнению многих аналитиков рынка, все же появился. Цены на черное золото, хотя бы в краткосрочной перспективе, могут снизиться.
Что в таком случае ждет Россию вообще и бюджет в частности?
Как известно, по итогам первых четырех месяцев года дефицит бюджета составляет рекордные 5,9 триллиона рублей — при годовом плане 3,8 триллиона. Высокие цены на нефть хотя бы частично закрывают прорехи в федеральной казне. А что будет, если цены на углеводороды начнут падать?
Аналитик Freedom Finance Global Наталья Мильчакова считает, что, если до начала июня США и Ирану не удастся выйти на конкретные соглашения по перемирию и открытию Ормузского пролива, Brent очень быстро вернется в привычный коридор: «Дальнейшая динамика будет определяться политическими трендами. Если мир на Ближнем Востоке будет восстановлен в течение одной-двух недель, а Ормуз — полностью разблокирован, котировки североморской нефти уйдут в диапазон $90–96 за баррель. Наш ориентир на ближайшие дни для Brent: коридор $95–100».
— Эмоциональная реакция рынка уже началась, — считает эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной безопасности Игорь Юшков. — Как видим, даже на ожиданиях цены ушли ниже 100 долларов за баррель. Но нужно посмотреть, какими будут условия соглашения. Например, будут ли взиматься деньги за проход судов по Ормузскому проливу? Потом, когда его откроют для движения танкеров? Сразу или нет? Это тоже очень важно.
Когда было предыдущее соглашение о перемирии, все надеялись, что суда станут по нему проходить беспрепятственно. А в итоге стало еще хуже, потому что США закрыли проход по проливу иранской нефти.
В общем, вопросов много. Но сама новость об открытии пролива толкает цены вниз.
— Чего ждать в перспективе на этом рынке?
— Страны региона смогут быстро восстановить объемы добычи и соответственно экспорта. Он станет больше, потому что, когда пролив был закрыт, добыча нефти продолжалась, ее закачивали в хранилища. В первое время отгрузки будут идти, как с текущей добычи, так и из созданных запасов. Это тоже будет давить на цены.
Но рынок впоследствии сбалансируется. Нефть будут покупать для потребления и восполнения стратегических запасов, которые были истрачены. В США изъятие нефти из запасов осуществляется на условиях, что в течении года закачка будет в 1,5 раза больше.
Спрос на нефть будет высокой. Еще важна судьба Опек+.
— Как эта ситуация и цены на нефть могут отразиться на России? Можно заглянуть в ближайшую перспективу?
— Сейчас идет компенсация бюджетного дефицита за счет нефтегазовых доходов. В марте средняя цена российской нефти марки Urals была 77 долларов за баррель. Ее мы заложили на апрель. В апреле средняя цена составляла 95 долларов за баррель, ее «перебросили» на март. В мае цены тоже оставались высокими для компенсации дефицита. Даже если сейчас откроется Ормузский пролив и цены на нефть пойдут вниз, в июне доходы от нефтегазовых поступлений пополнят федеральный бюджет. Полагаю, что благодаря им мы сможем компенсировать потери, которые получили в первом квартале года, когда были низкие цены на нефть.
Возможно, что в дальнейшем рынок вернется в напряженное состояние. В бюджете на нынешний год цена нефти заложена на уровне 59 долларов за баррель. Не знаю, будут ли такие цены в случае открытия Ормузского пролива. Не исключено, что летом придется проводить секвестр бюджета, пересматривать его расходную часть. Цены на углеводороды могут существенно снизиться.
— Но это, по большому счету, невыгодно России?
— Нас вполне устраивает такой статус-кво. Иран является нашим стратегическим партнером, и он выдержал агрессию со стороны США и Израиля. Америка не добилась свержения режима, что ставила целью в начале войны. Кроме того, на боевые действия на Ближнем Востоке ушло вооружение, которое могло попасть в Украину. Этот кризис является комплексным. Повысились цены на минеральные удобрения и на продовольствие.
