Арбитражный суд Москвы по заявлению Банка России обратил к немедленному исполнению решение о взыскании по его иску порядка 200 миллиардов евро с бельгийского депозитария Euroclear Bank, В переводе по курсу — это свыше 18 трлн рублей. Как сообщают информагентства, сторона ответчика намерена обжаловать это решение.
Фото: Ольга Шуклина
Иск Центробанка к Euroclear поступил в суд еще в декабре 2025 года. Российский регулятор тогда сообщал, что просит взыскать с ответчика убытки, поскольку своими действиям Euroclear причинил вред Центробанку, лишив возможности распоряжаться принадлежащими ему денежными средствами и ценными бумагами. Речь идет об активах, замороженных в хранилищах Euroclear после начала СВО. Теперь решение отечественной Фемидой принято. Но что дальше?
«Говорить о том, каким образом будет исполняться решение суда, преждевременно, оно еще не вступило в силу. Одновременно мы продолжаем работу по оспариванию незаконных действий Европейского союза в отношении суверенных активов Банка России», — прокомментировал это решение представитель ЦБ РФ.
Как известно, после введения санкций Евросоюза в феврале 2022 года значительная часть российских золотовалютных резервов оказалась заблокирована Euroclear — крупнейшем держателе таких денежных активов в Европе. Российские власти неоднократно заявляли, что рассматривают заморозку этих активов как нарушение имущественных прав государства.
Иск ЦБ в московский арбитраж был подан после того, как Еврокомиссия предложила странам — членам ЕС два варианта финансирования Украины на предстоящие годы: привлечение заимствований на финансовом рынке под гарантии общеевропейского бюджета. И выдачу «репарационного кредита» де-факто за счет замороженных в Евросоюзе российских суверенных активов.
Второй вариант предполагает, что все финансовые институты ЕС, включая центральные депозитарии, у которых есть активы России, будут обязаны инвестировать эти деньги в специальный долговой инструмент ЕС, а тот, в свою очередь, будет направлен на выдачу Украине «репарационного кредита».
На рассмотрение иска московскому суду потребовалось чуть более пяти месяцев. Сумма требований к ответчику соответствовала примерно €200,1 млрд, включая €181,46 млрд реального ущерба и €18,64 млрд упущенной выгоды. То есть, бельгийский депозитарий должен возместить Центробанку 18,17 триллиона рублей убытков по обменному курсу,
Собственно, особых сомнений в том, что Арбитражный суд Москвы станет на сторону Центробанка, не было изначально: иначе и быть не могло. Только какое отношение имеет московский суд к золотовалютным резервам регулятора, хранящихся в Бельгии?
— Никакого отношения, — считает научный руководитель Центра конъюнктурных исследований НИУ ВШЭ Георгий Остапкович. — Это чисто политическое решение. Оно применяется всеми странами по факту. Можно вспомнить прецеденты по иранским и прочим активам. Однако шансов, что Брюссель исполнит решение российского суда, конечно, нет. Но я считаю, что регулятор в данной ситуации поступил абсолютно правильно. Я бы даже сказал – подобное решение запоздало, ведь история эта длится около 4 лет.
— Зачем тогда было вообще обращаться в Арбитраж Москвы с иском, если ничего не изменится?
— В любой дискуссии контрагент может спросить: а что же вы раньше в суд не обращались? Теперь у Центробанка есть карт-бланш – решение московского Арбитража. Это нормальный маневр, повторяю, что в аналогичной ситуации так поступают все страны.
— Значит, Центробанк сможет продолжить дальнейшую борьбу за свои активы?
— Не уверен. Ведь де-юре деньги, 200 миллиардов евро, никто не отбирал и не конфисковывал. Они заморожены. До тех пор, пока не будут приняты геополитические решения.
— Центробанк может подать иск в другой суд другой страны?
— Конечно, Центробанк вправе обратиться с судебным иском в любую страну, в том числе и в Бельгию. Только какой в этом смысл? Придется оплатить огромные судебные издержки и ожидаемо получить отрицательный результат. Да еще и рассмотрение иска займет полгода-год.
На мой взгляд, судьба этих денег будет решена только когда будут приняты крупные политические решения. Любая война когда-нибудь заканчивается и стороны садятся за стол переговоров. Так было, в том числе, после завершения 100-летней войны между Францией и Англией. Так будет и сейчас. Тогда и будут приняты конкретные предложения по этим активам.
— Сегодня Украина что-то получает от замороженных российских активов?
— Определенно какие-то средства туда направляются. «Тело» — 200 миллиардов евро, в Бельгии, оно заморожено. Однако проценты на них начисляются и они поступают в Украину – затрудняюсь сказать, в каком объеме.
