Сразу два громких преступления с разницей всего в несколько дней произошли в конце мая. В обоих случаях убийцы – подростки, а жертвами стали родные люди. В Липецкой области 18-летний студент колледжа убил своего отца. В Рязани родители нашли тело 15-летней девушки: по подозрению в убийстве объявлен в розыск ее 17-летний брат.
Фото создано с помощью нейросети gigachat
Подростковая жестокость в который раз поражает своей бесхитростностью. В обоих случаях молодые люди даже не пытались замести следы и у них явно не было серьезного мотива. Почему они убивают? Этот вопрос корреспондент «365NEWS» задал психологу Ирине Каленовой — бывшей сотруднице закрытого отдела по изучения подростковой жестокости научно-исследовательского института при прокуратуре СССР.
Вечером 22 мая Алексей К. на синем авто выехал из родного села Спешнево-Ивановское в Липецк. Каждую пятницу он забирал 18-летнего сына, студента колледжа, из общежития.
Дорога долгая — три часа в оба конца. Но к ночи ни отец, ни сын не вернулись. На следующий день жена забила тревогу. Начались поиски. Более 50 волонтеров и полицейских прочесывали лес и ближайшие районы. Было зафиксировано, что последний раз машину Алексея видели на трассе в 40 километрах от дома, в районе 21:30.
По этой ориентировке в ближайшей лесополосе нашли машину и окровавленное тело водителя. Его убили выстрелом в затылок.
Сына, ни убитого, ни раненого, рядом не было. Его сразу заподозрили в убийстве и объявили в розыск.
Подростка быстро нашли. Он действительно оказался убийцей, но действовал не один, а с другом. Артем попросил товарища помочь ему разделаться с отцом, а тот взял да и согласился.
Убивать решили из самопального оружия. Когда папа приехал забирать сына, тот попросил, чтобы он добросил и его друга. Друг сел сзади. Когда машина проезжала лесополосу, выстрелил мужчине в затылок.
На допросе подростки признались в убийстве. Сын сказал, что в преступлении не раскаивается. Жалеет только, что быстро попался.
По одной из версий, мотивом убийства стала последняя ссора с отцом. Подростки увлекались оружейным делом и решили начать на этом делать деньги. Но отец Артема был резко против. Он заставлял сына учиться, а не зарабатывать на сомнительном промысле. За что сын и решил с ним разделаться, а затем — инсценировать свое исчезновение. Но подростков нашли в течение нескольких часов. Для матери Артема новость о причастности сына стала шоком. Ранее она исключала возможность того, что сын мог поднять руку на отца, называя их отношения теплыми.
В Рязани жертвой 17-летнего парня стала родная 15-летняя сестра. Родители уехали на несколько дней, оставив подростков дома. А когда вернулись, нашли дочь убитой. Старший сын в настоящее время объявлен в розыск как подозреваемый в преступлении.
Подростковая жестокость давно стала предметом особого изучения. Еще во времена СССР при прокуратуре был создан особый отдел, где штатные психологи изучали страшное явление. В советское время, вопреки распространенному мифу, тоже существовала и подростковая преступность, и подростковые убийства. Просто информация о жутких случаях редко выходила за пределы ведомства, рассказала «365NEWS» Ирина Каленова — бывший психолог этого отдела. Поэтому, вопреки распространенному мнению, не в компьютерных играх дело. А в чем?
— Чужая семья потемки, — считает Ирина Константиновна. — Если соседи сказали, что в семье с него пылинки сдували, то это не значит, что они знают настоящие скелеты в шкафу. И что мама говорит про теплые отношения, тоже ничего не значит. В семье могло быть жесткое и длительное психическое насилие. Оно — не отслеживается. Его понять очень сложно. Ненависть к отцу могла быть совершенно дикая, которую соседи не увидят. А мама будет считать, что отец сына просто воспитывает, и это нормально. У нас учителя совершают психическое насилие публично, а мы считаем, что они воспитывают людей.
— Известно, что отец заставлял сына учиться и не заниматься сомнительным оружейным бизнесом. Все вроде правильно.
— Заставить можно по-разному. Сказать, что ты ничтожество и загнать под плинтус. Это унижение. И может быть систематическое, длиться много лет. Ненависть сына к отцу достаточно распространенное явление.
— Но не убивать же за это.
— Конечно, нет. И он был не убил никогда, если бы один сел в ту машину. Но рядом был его друг. Это все решило. Попробую предположить. Парень давно жаловался другу на отца. Ненависть сына к отцу встречается довольно часто. Особенно, если замешана мама. Если по отношению к матери случается насилие, то сыновья не редко убивают отцов. Но это происходит как правило в выпивающих семьях. Здесь благополучная семья, но мы не знаем всех «скелетов». Поэтому парень «изливался» другу и говорит, что так ненавидит, что готов убить. И они начинают готовиться. Но одно дело планировать, а другое дело — осуществить. Но ключевой момент: в машину он сел с другом. И тут уже пошло подростковое — главное не облажаться.
Один перед другим выпендривается. Когда подростки собираются толпой, они могут сделать то, что по отдельности ничего не сделают.
У подростков социальная смерть страшнее реальной. У них гормональный фон и эмоциональный фон очень сильный. У них нет страха смерти.
В любом случае, это преступление — случайность. Сколько мальчиков ненавидят своих пап, но не все же они убивают.
— Но ведь должно быть хотя бы чувство самосохранения. Кругом камеры, как можно пропасть?
— Подростки на три шага вперед не видят. У меня был случай. Два сверхразума договорились: «Давай вызовем такси, убьем водителя и махнем на юг». Что они и сделали. А когда убили, то поняли, что оба водить не умеют.
— Почему старший брат мог разделаться с сестрой?
— Этот конфликт тоже из разряда вечных. Старшие дети ненавидят младших за то, что им все лучшее. За то, что за ними надо следить. Разозлился, злость затмила все на свете и вмазал.
— Но а как же эмпатия, сочувствие, родственные узы?
— Случается, что рождаются бесчувственные люди, которые не могут сопереживать. Но это большая редкость. У подростков по-другому. Они могут сопереживать, сочувствовать, любить близких. Все эти чувства у них уже развиты. Но доминанта в этом возрасте другая. Главное для них – социализация. Не дай бог попасть в изгои, не дай бог попасть под буллинг. Не выпасть из своего подросткового социума. Поэтому в толпе они другие, чем сами по себе.
