Сберегать или тратить? Сегодня в России наблюдается явный крен в сторону второй из этих двух моделей потребительского поведения: согласно свежей банковской статистике, за январь-август объем выдачи розничных кредитов вырос на 63% в сравнении с показателем на восемь месяцев 2025-го и достиг 3,5 трлн рублей. Людям в большей степени нужны средства на текущие потребности и крупные покупки, нежели процентная доходность по депозитам.
Фото: Алексей Меринов
Только в августе выдачи займов наличными превысили 500 млрд рублей, что на 40% больше, чем год назад. По прогнозам авторов исследования (за их основу взяты данные ЦБ и Frank RG), по итогам года объем потребкредитов вырастет на 66% — до 5,9 трлн рублей, что выше, чем на ипотечном рынке и рынке автокредитов. Такую динамику обеспечивают не импульсивные решения, а прагматичные запросы людей — ремонт и покупка жилья, обновление автомобиля и рефинансирование.
Но означает ли такая структура спроса, что на рынке массового розничного кредитования нет рисков перегрева? И правомерно ли говорить о смене модели потребительского поведения в связи с тем, что, во-первых, доходность по банковским вкладам заметно снизилась в 2026 году, во-вторых, население спешит вложиться в ряд товарных категорий, подорожание которых не за горами? Например, по причине введения технологического сбора с 1 декабря: это коснется смартфонов и всей импортной электроники.
«В ситуации с ростом выдач на 63% за восемь месяцев, бесспорно, присутствует психологический момент: людей пугает рыночная непредсказуемость, и им проще потратить сегодня деньги на товар с уже известной ценой, чем ждать подорожания до непонятно каких величин, — говорит главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев. – В-общем, гулять так гулять. Но надо помнить, что потребительская активность в России была высокой и в предыдущие годы, когда и реальные располагаемые денежные доходы, и доходность по вкладам (за счет высоких ставок) увеличивались достаточно быстро. Это происходило и в 2025-м, когда экономика начала явно тормозить. Так что тут мы имеем несколько разных факторов, включая стремление граждан сохранить с помощью кредитов привычный для себя высокий уровень потребления».
Другое дело, что кредиты надо обслуживать, что, в свою очередь, требует стабильного, а еще лучше – стабильно растущего дохода. В текущих экономических реалиях и средних ставок в 25-30% задача для многих заемщиков (пусть даже предельно дисциплинированных) становится все более сложной. Кроме того, отмечает Николаев, поскольку банки будут и дальше ужесточать условия выдач во избежание рисков для своей ликвидности, сферу розничного кредитования ждет естественное торможение.
«Годовой темп выдачи потребкредитов остаётся высоким, однако в последние месяцы рынок скорее стабилизировался, чем демонстрирует непрерывное ускорение, — рассуждает глава финтех-платформы SharesPro Денис Астафьев. — Такую динамику можно объяснить сочетанием нескольких факторов. Во-первых, реализуется часть отложенного спроса: домохозяйства возвращаются к крупным покупкам, ремонту, оплате образования, медицинских услуг и другим расходам, которые ранее переносились. Во-вторых, граждане и банки адаптируются к текущим условиям кредитования: заёмщики лучше понимают параметры продукта, а кредиторы точнее сегментируют риск и формируют предложения для разных клиентских групп. В-третьих, осенью традиционно усиливается деловая и потребительская активность».
При этом говорить о полной смене сберегательной модели поведения на потребительскую преждевременно. Вклады и займы выполняют разные функции, отмечает эксперт: сбережения позволяют создать финансовый резерв и получить процентный доход, а кредиты — распределить во времени расходы на конкретную цель. Снижение доходности депозитов относительно максимальных уровней может поддерживать интерес к потреблению, но само по себе не означает, что россияне массово направляют средства на текущие покупки или активно замещают их кредитами. Желание приобрести импортную электронику и технику до их потенциального подорожания также способно влиять на спрос в отдельных категориях, однако пока нет оснований считать этот фактор ключевым объяснением происходящего на рынке розничного кредитования.
«Речь идёт не об отложенном спросе в чистом виде, а о комбинации трёх факторов: эффекта низкой базы, массового рефинансирования и постепенного восстановления потребительской активности после провального 2025 года. — отмечает член Экспертного совета по развитию цифровой экономики при Комитете по экономической политике Госдумы Валерий Тумин, — Долгосрочным этот рост назвать нельзя: уже в июле и августе динамика выдачи замедлилась, и регулятор намеренно придерживает темпы снижения ключевой ставки, чтобы не допустить перегрева. Темпы прироста во втором полугодии будут ниже, чем в первом».
