Вы наверняка заметили, что в российских поликлиниках и больницах становится всё меньше врачей и студентов со славянской внешностью. С чем это связано? Неужели русские парни и девушки перестали мечтать о профессии врача? Вряд ли. Желание есть, вот только поступить сегодня в хороший медицинский вуз — задача непростая. Помимо льготников известной категории, в медицинские институты массово набирают жителей соседних стран и южных республик. Своими впечатлениями учёбы в одном из московских медицинских вузов поделилась студентка Марина. Недели оказалось достаточно, чтобы у девушки появилось немало вопросов.
Поступление в престижный московский вуз всегда считалось серьёзным достижением. Марина после школы решила связать свою жизнь со стоматологией. Решение далось ей не сразу, а подготовка к поступлению и вовсе потребовала немало сил: занятия с репетиторами по химии и биологии, учебники до глубокой ночи, напряжённая подготовка к ЕГЭ, конкурс и ожидание результатов. И вот наконец произошло то, ради чего всё это затевалось, — приказ о зачислении.
Будущий университет девушка представляла почти идеальным местом. Ей казалось, что здесь бок о бок будут учиться люди, которые через несколько лет станут настоящими профессионалами, что вокруг будут чувствоваться академические традиции, уважение к профессии и особая атмосфера медицинского братства, о которой столько писали в книгах
Однако реальность начала разрушать эти представления буквально с первого дня. Едва оказавшись в аудитории одного из известных московских мединститутов, Марина испытала то, что принято называть культурным шоком.
Первое впечатление от группы
Уже на первой паре девушка невольно стала смотреть по сторонам, пытаясь понять, кто именно будет учиться с ней ближайшие годы. Получившаяся в голове «статистика» её откровенно поразила. Из примерно 80 человек она, по собственным ощущениям, увидела лишь двоих студентов со славянской внешностью, включая себя. Остальные, как показалось Марине, преимущественно относились к представителям других национальностей.
— Я просто смотрела на всех вокруг и никак не могла понять, как вообще оказалась в такой компании, — вспоминает Марина, рассказывая о своих первых впечатлениях в опубликованном позже ролике.
Первоначальное замешательство, по словам девушки, было связано не с неприязнью к конкретным людям. Её скорее ошеломило несоответствие между ожиданиями и увиденным. Марина родилась и выросла в Москве, поэтому вполне справедливо ожидала, что в столичном вузе окажется больше русских ребят. Но первая же встреча с группой развеяла её иллюзии.
— А вы здесь вообще видите хотя бы одного русского студента? — спрашивает Марина, направляя камеру телефона на аудиторию.
Что будет после выпуска?
Со временем первое удивление сменилось уже более серьёзными размышлениями о будущей профессии. Работа врача — и стоматолога в том числе — предполагает постоянное общение с пациентами. Здесь мало одних профессиональных знаний: необходимо уметь услышать человека, понять его, подобрать правильные слова и установить контакт. Именно это и стало беспокоить Марину.
— Ведь через несколько лет именно эти ребята будут работать в наших поликлиниках и принимать обычных пациентов, — рассуждает она, пытаясь представить их будущую практику.
У девушки возник вопрос: насколько легко студентам, выросшим в другой языковой и культурной среде, будет адаптироваться к российской системе здравоохранения и работе с местными пациентами? Ведь медицина состоит не только из технических навыков — поставить пломбу, провести процедуру или назначить лечение. Важную роль играют доверие, способность сопереживать и умение находить общий язык.
А когда люди воспитывались в совершенно разных традициях, привыкли к разным нормам общения и порой говорят на разных языках, создание действительно единой профессиональной среды, считает Марина, может оказаться гораздо более сложной задачей.
Откуда в вузе столько таких студентов?
После первого удивления Марину начал занимать уже другой вопрос: почему в учебной группе одного из московских медвузов сложился именно такой состав? Конкурс сюда традиционно немаленький, поэтому девушке было трудно понять, каким образом подобное соотношение студентов в принципе могло сформироваться.
— Я никак не могу понять, как они сюда попали. Неужели все «дали на лапу»? — задается вопросом Марина, озвучивая свои догадки.
Ей сложно поверить, что настолько заметная разница могла появиться исключительно в результате конкурсного отбора по результатам ЕГЭ.
Да, не исключено, что на распределение мест могут повлиять различные механизмы: квоты, целевой набор, отдельные программы для иностранных граждан и абитуриентов из разных регионов. Ну а как же быть местным ребятам? Получается, что для них теперь пробиться на бюджет — задача невыполнимая?
По словам Марины, подобная ситуация влияет и на саму атмосферу обучения. Когда одногруппники имеют совершенно разный культурный и языковой опыт, общение с ними превращается в пытку.
— Я не пойму, почему в группе так много студентов других национальностей, особенно ребят с Кавказа? Как получилось, что их здесь столько? У многих якобы очень высокие баллы, по русскому — так вообще сотка. А потом выясняется, что они по-русски толком ни писать, ни говорить не умеют. При этом они оказываются в числе первых и проходят на бюджет. А я месяцами готовилась, занималась с репетиторами, тратила силы, родители — деньги. Русский для меня родной язык — и всё равно мой результат оказался намного хуже, чем у приезжих. Конечно, очень обидно. Особенно когда вспоминаешь других ребят, которые действительно старались. Почему, например, никто не проверяет результаты ЕГЭ в кавказских республиках? Ведь очевидно же, что это всё липа!
Что ждёт медицину через несколько лет?
Теперь каждое посещение университета стало для Марины своеобразным испытанием. Девушка признаётся, что временами чувствует себя чужой в месте, которое ещё недавно представляла своей будущей профессиональной средой. Вместо полного погружения в анатомию, физиологию и другие дисциплины ей приходится привыкать к совершенно непривычному окружению.
— После всего увиденного у меня почему-то не возникает ощущения, что здесь формируется элита отечественной медицины. Иногда кажется, что главное — просто выпустить как можно больше дипломированных специалистов, — говорит студентка.
Марина считает, что происходящее отражает более серьёзные изменения, которые постепенно затрагивают российское медицинское образование. В её представлении университет должен не только давать знания, но и передавать профессиональные традиции, культуру общения с пациентом и накопленный поколениями опыт.
Тревожит девушку и еще один момент: если состав студентов продолжит меняться такими же ударными темпами, не возникнет ли через несколько лет у пациентов тех же вопросов, которые сегодня задает она сама? Ведь именно сегодняшние первокурсники завтра окажутся по другую сторону медицинского стола.
Причем речь идёт не только о стоматологии. Аналогичные наблюдения встречаются и среди студентов других медицинских специальностей. Один из пользователей Pikabu, представившийся будущим хирургом, рассказал о своем опыте:
— В моей группе русские фамилии примерно у трети студентов. Остальные — представители других национальностей. Чаще всего я встречаю армян, азербайджанцев, чеченцев и ребят из Дагестана. Это только мои личные наблюдения, но, если тенденция сохранится, через несколько лет русских специалистов в поликлиниках вы вообще не увидите.
Причины происходящего молодой человек видит отчасти в отношении к самой профессии. По его мнению, далеко не каждый готов выдержать долгие годы сложной учебы, практики и последующего профессионального становления. Однако он считает, что одним нежеланием русских выпускников связывать жизнь с медициной объяснить ситуацию нельзя.
— Моя жена — акушер-гинеколог, что называется, хирург от Бога. В этом году она закончила ординатуру. Но на бюджет удалось попасть только со второй попытки. Как я понимаю, свою роль играют существующие квоты. В ее группе русских было около 40%, причем многие учились на коммерции. А большинство приезжих, наоборот, были на бюджете. Причем практически все они профнепригодны. Ну выпустятся они завтра, а дальше что? Кто-то пойдет работать «косметологом», кто-то «суетологом»…… — иронизирует один из пользователей сети.
Впрочем, существует надежда, что в ближайшее время что-то все-таки изменится. Уже с этого года для выпускников медицинских вузов введена обязательная отработка в госучреждениях, и в ближайшие годы это наверняка повлияет на привлекательность медицинского образования для приезжих. Перспектива несколько лет работать в государственной поликлинике за копейки, вместо того чтобы ставить пломбы в частной клинике, едва ли заинтересует тех, кто шел в медицину за длинным рублем.
