Этой осенью Россия, несмотря ни на какие санкции, получила отличный шанс подзаработать на экспорте углеводородов. Иран и США так и не могут договориться об открытии Ормузского пролива, что мешает восстановлению сырьевого транспортного коридора между добывающими странами Персидского залива и западными импортерами энергоресурсов. На фоне дипломатических разногласий у наших производителей есть возможность вернуть статус надежных экспортных доноров и извлечь собственную выгоду от перебоев поставок с Ближнего Востока.
Фото: Лилия Шарловская
Сентябрь оказался весьма доходным месяцем для отечественных экспортеров «черного золота». Только за одну неделю осени, с 21 по 27 сентября, сырьевые компании нашей страны получили максимальную выручку от морских поставок нефти. Ежедневно они отгружали покупателям почти 4 млн баррелей, в общей сумме заработав на стоимости вывезенного сырья $2,75 млрд.
«Это не ситуативный всплеск, а четко прослеживаемая системная динамика, — полагает эксперт в сфере международной торговли Ирина Заседатель. — Россия, пользуясь рыночными условиями, демонстрирует качества надежного торгового партнера, полностью исполняя обязательства перед контрагентами». Между тем, поставки ближневосточных производителей не отличались стабильностью: Иран практически перестал загружать сырьем отправляемые за рубеж танкеры, опасаясь ракетных атак военно-морского флота США, а трансферы по альтернативным маршрутам, в частности по трубопроводу East-West, ведущему из Саудовской Аравии к Красному морю в обход Ормузского пролива, после повреждения беспилотниками иссякли до нулевой отметки.
Предпосылки для изменения ситуации с возобновлением традиционного нефтяного потока из Персидского залива пока остаются довольно неопределенными. США и Иран до сих пор не могут согласовать удовлетворяющий обе стороны мирный план, позволяющий прекратить военное столкновение на Ближнем Востоке. Стороны предпринимали множество попыток, но декларируемые условия и занимаемые позиции препятствуют выходу из конфликта и фактически не дают основы для полноценного переговорного процесса. «Прорыва в отношениях Вашингтона и Тегерана до конца года ожидать сложно, — считает глава финтех-платформы SharesPro Денис Астафьев. — Между тем, для нефтяного рынка важнее не сам факт диалога, а снижение риска для судоходства в районе Ормузского пролива».
Движение танкеров по одному из самых важных международных энергетических маршрутов действительно восстановливается вне зависимости от тактического взаимодействия главных геополитических оппонентов. По оценке JPMorgan, объемы поставок нефти с Ближнего Востока практически достигли довоенного уровня. «Однако увеличение перевозок свидетельствует только об адаптации к рискам, а не об исчезновении угроз судоходству, — предупреждает аналитик Freedom Global Владимир Чернов. — Эти объемы нельзя считать гарантированными. Нужны продолжительные бесперебойные поставки и восстановление запасов».
Тем более, что экспорт нефтепродуктов из ближневосточных производственных регионов возобновлен менее чем на 60%, что становится причиной высоких цен на автомобильное топливо не только в Евросоюзе, участники которого в большей степени зависят от импортируемого сырья, но и в Соединенных Штатах, являющихся как основными потребителями, так и крупнейшими мировыми производителями бензина.
«Топливный кризис сопровождается сложными торговыми взаимоотношениям между зарубежными недоброжелателями России, — отмечает эксперт в области финансовых коммуникаций Андрей Лобода. — Вашингтон собирается запретить экспорт нефтепродуктов в Европу, что грозит привести к сокращению поставок дизельного топлива на рынок Старого Света, страны которого примерно на 50% зависят от заокеанского горючего. Азиатские перерабатывающие заводы также не спешат закрывать пробелы в европейском энергетическом балансе, предпочитая ориентироваться на решение внутренних экономических задач». Таким образом, делает вывод эксперт, в наступившем IV квартале 2026 года западным импортерам углеводородов придется искать пути выхода из сложившейся ситуации, возможно, поступившись своими санкционными претензиями к России, сотрудничающей сейчас с дружественными восточными покупателями энергоносителей.
В обозримом будущем потребительский интерес к углеводородам не иссякнет. Управление энергетической информации США оценивает падение мировых нефтяных запасов с начала года в 400 млн баррелей. Пока этот запас прочности не восстановлен. Согласно августовскому отчету ОПЕК, спрос на нефть со стороны основных импортеров к концу декабря вырастет с 106,4 до 107,7 млн баррелей в сутки. Специалисты картеля прогнозируют также устойчивый рост потребления «черного золота» в течение следующих двух лет:
В то же время ожидать обновления котировок на сырьевых биржах можно будет чуть ли не каждый день. «Логика восстановления поставок с Ближнего Востока и их влияния на цены предельно проста: анализ показывает, что даже незначительная эскалация конфликта мгновенно приводит к изменению экспортных цепочек, — считает Ирина Заседатель. — Дальнейшее развитие событий будет зависеть от ситуации в Персидском заливе и положения дел в западных странах, где с наступлением холодного сезона недостаток топлива будет только нагнетаться».
Аналитики прогнозируют различные сценарии ценообразования барреля: от критичной для покупателей планки в $150-200 до более реалистичного диапазона в $120-150. При устойчивом восстановлении экспорта ближневосточных производителей и слабом спросе не исключен вариант снижения котировок к $75-85.
«До начала 2027 года наиболее вероятен сценарий «нестабильной нормализации»: физические поставки будут восстанавливаться, но рынок останется чувствительным к угрозам судоходства через Ормузский пролив, переговорам США и Ирана и решениям ключевых участников ОПЕК+, которые пока не собираются увеличивать квоты на добычу», — резюмирует Астафьев. По его мнению, для России полученная в сентябре рекордная экспортная выручка может носить кратковременный характер. Только часть российских сортов продавалась за рубеж по максимальной стоимости в $110-120 за баррель. Но это не средняя цена всего экспорта. «При снижении геополитической премии доходы скорректируются вслед за ценами, даже если объемы поставок сохранятся», — прогнозирует эксперт.
